Ложные заявления о высоких достижениях

Нарушение.

Все виды намеренной лжи запрещаются первым правилом в разделе «пачиттия», но умышленное ложное заявление о достижении возвышенного человеческого состояния является самым отвратительным видом лжи, из-за чего для него отведено особое правило, предписывающее самое жестокое наказание из всех возможных. Серьёзность нарушения этого правила описывается самим Буддой в его отповеди первым монахам, совершившим данный проступок: «Вы, никчёмные люди, как вы посмели ради того, чтобы набить брюхо, восхвалять перед лицом мирян возвышенные достижения друг друга? Уж лучше если бы ваши животы были вскрыты острым ножом мясника, чем ради их наполнения восхвалять перед мирянами возвышенные достижения друг друга. Почему так? Из-за этого [вскрытия живота] вы будете подвергнуты смерти или смертельным страданиям, но, по крайней мере, после разрушения тела, после смерти, не попадёте в мир лишений, в дурной удел, в пучину, в ад. Но по причине такого восхваления вы, после разрушения тела, после смерти, попадёте в мир лишений, в дурной удел, в пучину, в ад. Монахи, в этом мире с его богами, марами и брахмами, с этим поколением с его отшельниками и брахманами, царями и простыми людьми, наихудший вор именно тот, кто заявляет о неподтверждающемся фактами и реально неосуществлённом достижении возвышенного человеческого состояния. Почему так? Вы употребляете пищу, подаваемую в этой стране, получив её с помощью кражи.» Полное нарушение данного правила засчитывается при наличии четырёх факторов:
1) Объект: возвышенное человеческое состояние.
2) Понимание: монах понимает отсутствие такого достижения у себя.
3) Усилие: монах обращается к человеку, упоминая это состояние в отношении себя по принципу: «это состояние есть у меня» иди «я нахожусь в этом состоянии».
4) Намерение: с намерением исказить правду, что мотивировано порочным желанием. В комментариях добавляется пятый фактор — результат. Он означает, что слушатель должен понять сказанное монахом, чтобы ему было засчитано полное нарушение. Но, как будет ясно из анализа ниже, это, по-видимому, основано на неправильном прочтении текста Вибханги.

Объект
В Вибханге перечисляется множество различных возвышенных человеческих состояний, со следующим делением: медитативная поглощённость (jhāna): четыре Джханы; освобождение: пустотное освобождение, безобъектное освобождение и ненаправленное освобождение; сосредоточение (samādhi): пустотное сосредоточение, безобъектное сосредоточение и ненаправленное сосредоточение; достижения в медитации: пустотное достижение, безобъектное достижение и ненаправленное достижение; знание и видение: знание прошлых жизней, знание ухода и рождения живых существ и знание об прекращении умственных влечений. развитие факторов пути: 37 «крыльев пробуждения» — четыре основы памятования, четыре правильных усилия, четыре основы могущества, пять способностей, пять сил, семь факторов пробуждения и благородный восьмеричный путь; обретение плодов ступеней благородной личности: плод вхождения в поток, плод однократного возвращения, плод невозвращения, плод архатства; уничтожение умственных загрязнений: алчности, ненависти и невежества; свобода ума от препятствий: ум, свободный от алчности, ненависти и невежества; наслаждение пустым жилищем: наслаждение пустым жилищем, возникающее, благодаря достижению четырёх джхан. В комментарии эти состояния разбиваются на две обширные категории: «увеличенные» или «расширенные» состояния (mahaggata dhamma), связанные с практикой джхан, и надмирские состояния (lokuttara dhamma), связанные с полным уничтожением оков, привязывающих ум к циклу перерождений. a. Mahaggata dhamma. В суттах четыре джханы описываются следующим образом: «Бывает, что монах, полностью отрешившийся от чувственных удовольствий, отрешившийся от неумелых умственных качеств, входит и пребывает в первой джхане: блаженство и удовольствие, возникающее от отрешения, сопровождающееся направленным мышлением и рассмотрением.» Он заполняет и переполняет, заливает и наполняет всё своё тело блаженством и удовольствием, порождённым отрешением. «И далее, с успокоением направленного мышления и рассмотрения, он входит и пребывает во второй джхане: блаженство и удовольствие, возникающее от собранности, единство осознавания, свободное от направленного мышления и рассмотрения — внутренняя уверенность. Он заполняет и переполняет, заливает и наполняет всё своё тело блаженством и удовольствием, порождённым собранностью… «И далее, с угасанием блаженства он пребывает в уравновешенности, памятующий и бдительный, испытывает удовольствие телом. Он входит и пребывает в третьей джхане, о которой Благородные заявляют: «Уравновешенный и памятующий, он пребывает в удовольствии». Он заполняет и переполняет, заливает и наполняет всё своё тело удовольствием, лишённым блаженства… «И далее, с отбрасыванием удовольствия и страдания, как ранее прекращались восторг и печаль, он входит в четвёртую джхану: чистоту уравновешенности и памятования, ни удовольствие ни страдание.» Он сидит, заполняя своё тело чистым, ярким осознанием, так что ни одна часть его тела не остаётся незаполненной чистым, ярким осознанием.» ДН 2; МН 119; АН 5.28 В комментарии делается замечание, что четыре «бесформенных состояния», которые в каноне называются «бесформенность за пределами формы», а в
комментарии «бесформенными джханами», основаны на четвёртой джхане и будут считаться такими же возвышенными человеческими состояниями, как и все перечисленные. В Каноне они описываются следующим образом: «С полным преодолением восприятия формы и с исчезновением восприятия сопротивления, не обращая внимания на восприятие разнообразия, думая «бесконечное пространство», человек входит и пребывает в сфере бесконечного пространства… «С полным преодолением сферы бесконечного пространства, думая «Бесконечное сознание», человек входит и пребывает в сфере бесконечного сознания… «С полным преодолением сферы бесконечного сознания, думая «ничего нет», человек входит и пребывает сфере отсутствия чего бы то ни было. «С полным преодолением сферы отсутствия чего бы то ни было, человек входит и пребывает в сфере ни распознавания ни отсутствия распознавания». ДН 15 Пятое состояние — прекращение распознавания и чувства, достигается путём преодоления сферы ни распознавания и ни отсутствия распознавания. Все, кто достигают её, становятся невозвращающимися или арахантами. В комментарии говорится, что этот уровень не считается возвышенным человеческим состоянием, на том основании, что он не является ни мирским ни надмирским. Но в каноне нет никаких подтверждений, что возвышенное состояние должно быть именно каким-то конкретно, чтобы подпадать под действие данного правила. Если использовать рассуждение из комментария в отношении четырёх бесформенных состояний (которые опираются на четвёртую джхану и поэтому подпадают под правило), то та же логика может быть использована для включения уровня прекращения распознавания и опыта в число возвышенных человеческих состояний. Благодаря тому, что в общий список в Вибханге включены три вида знания, в комментарии задаётся вопрос, стоит ли включать оставшиеся пять из восьми видов знания? В Саманняпхала сутте (ДН 2) три вида знания перечисляются следующим образом: Воспоминание о прошлых жизнях: Он вспоминает различные места, где пребывал в прежних существованиях, а именно: в одном рождении, в двух рождениях, в трех рождениях, в четырех рождениях, в пяти рождениях, в десяти рождениях, в двадцати рождениях, в тридцати рождениях, в сорока рождениях, в пятидесяти рождениях, в ста рождениях, в тысячи рождений, в сотни тысяч рождений, во многих периодах свертывания мира, во многих периодах развертывания мира, во многих периодах развертывания и свертывания мира: «Там я жил под таким-то именем, в таком-то роду, в таком-то сословии, таким-то пропитанием, испытывал такое-то счастье и несчастье, достиг такого-то срока жизни. Вслед за тем, оставив существование, я вновь родился в другом мире. А там я жил под таким-то именем, в таком-то роду, в таком-то сословии, таким-то пропитанием, испытывал такое-то счастье и несчастье, достиг такого-то срока жизни. Вслед за тем, оставив существование, я был вновь рожден здесь». Так он вспоминает множество своих прошлых жизней с их характеристиками и подробностями. Знание ухода и перерождения существ: «Очищенным зрением, выходящим за пределы человеческого, он видит, как существа оставляют жизнь и вновь рождаются, он постигает как существа, согласно своим действиям, становятся низкими, возвышенными, красивыми, некрасивыми, счастливыми, несчастными: «Поистине, почтенные, те существа, что наделены дурным поведением тела, наделены дурным поведением в речи, наделены дурным поведением разума, злословят о праведных, придерживаются ложных воззрений, с распадом тела после смерти вновь рождаются в бедствии, несчастье, страдании, аду. Те же существа, почтенные, что наделены добрым поведением тела, наделены добрым поведением в речи, наделены добрым поведением разума, не злословят о праведных, придерживаются истинных воззрений, наделены действиями, проистекающими из истинных воззрений, с распадом тела после смерти вновь рождаются в счастье, в небесном мире. Так, очищенным божественным зрением, выходящим за пределы человеческого, он видит, как существа оставляют жизнь и вновь рождаются, он постигает как существа, согласно своим действиям, становятся низкими, возвышенными, красивыми, некрасивыми, счастливыми, несчастными. Знание о прекращении умственных влечений:

Он постигает в согласии с истиной: «Это страдание» Это возникновение страдания…
Это уничтожение страдания…
Это путь, ведущий к уничтожению страдания…
Это умственные влечения…
Это возникновение влечений…
Это прекращение влечений…
Это путь, ведущий к прекращению влечений…
Благодаря этому знанию и видению его сердце освобождается от влечения к чувственным удовольствиям, от влечения к становлению, от влечения к нестановлению. Вместе с освобождением приходит знание «Я освобождён». Он осознаёт: «Уничтожено вторичное рождение, достигнуто совершенство святой жизни, сделано то, что надлежало сделать, нет ничего вслед за этим состоянием». Первые два знания, хотя они и составляли часть пробуждения Будды, являются по сути мирскими, потому что люди могут развивать их даже не достигнув надмирских путей и плодов. Следовательно они относятся к категории «mahaggata dhamma», поскольку опираются на достижение джханы в этой или в прошлой жизни. Однако третий вид знания является единственным из восьми, попадающим в категорию «lokuttara dhamma», потому что он описывает возникновение надмирских путей и плодов. В Саманняпхала сутте остальные пять видов знания описываются следующим образом: Знание прозрения: «Он постигает: «Вот это мое тело имеет форму, состоит из четырех великих элементов, рождено матерью и отцом, представляет собой скопление вареного риса и кислого молока, непостоянно, подвержено разрушению, стиранию, распаду, уничтожению, и вот здесь заключено, здесь к нему привязано мое сознание». Тело, созданное умом: Их этого своего тела он творит другое тело, имеющее форму, состоящее из разума, наделенное всеми большими и малыми частями, не знающее ущерба в жизненных способностях, подобно тому, как человек, извлекает тростинку из влагалища мунджи.» Сверхъестественные способности:
«Он осуществляет различные виды сверхъестественных способностей: будучи одним, становится многочисленным, будучи многочисленным, становится одним; становится видимым для глаз, скрытым от глаз, беспрепятственно проходит через стену, через ограду, через гору, словно через воздух; опускается в землю и поднимается из нее, словно из воды; не погружаясь идет по воде, словно по земле; сидя со скрещенными ногами, возносится в небо, словно крылатая птица; касается рукой и схватывает Солнце и Луну — эти столь великие, столь чудесные светила; своим телом он достигает даже мира Брахмы.» Яснослышание: «Очищенным божественным слухом, выходящим за пределы человеческого, он слышит оба видов звуков — и божественные и человеческие, далекие и близкие.» Чтение мыслей: «Охватывая умом ум других существ, других личностей, он постигает их. Он познаёт ум со страстью как ум со страстью, ум без страсти как ум без страсти (и т.д.)» В комментарии говорится, что все эти виды знания, кроме «знания прозрения» считаются возвышенными человеческими состояниями. Не даётся никакого объяснения почему «знание прозрения» исключено, но видимо причина в том, что авторы опирались на распространённое в то время убеждение, что «знание прозрения» не требует достижения джхан в качестве основы, хотя в каноне этот вид знания, в отличие от «прозрения» как более общего умственного качества видения-как-есть, считается зависящим от джханы. Существуют и другие оккультные способности, которые не опираются на достижение джханы и поэтому не входят в категорию «mahaggata dhamma»: способность делать предсказания, создавать защитные амулеты, вызывать злых духов, лечить заболевания с помощью сверхспособностей, исполнять роль медиума и прочее. В суттах эти и другие подобные способности называются «животным знанием». Из самого названия ясно, что между ними и возвышенными человеческими способностями есть большая разница. (см. второй том, 10 главу этой книги) b. Надмирские состояния, в полном смысле этого слова, означают последовательность умственных состояний, называемых путями и плодами, благодаря которым уничтожаются оковы, привязывающие ум к циклу перерождений. Также сюда включается высшее состояние Ниббаны (освобождения). Пути и плоды происходят попарно в четыре стадии. В первой паре (путь и плод вхождения в поток) уничтожаются три оковы: убеждение в индивидуальности, неуверенность и привязанность к обетам и ритуалам. Во второй паре (путь и плод однократного возвращения) ослабляются оковы чувственного желания, недоброжелательности и заблуждения, но полного уничтожения каких-либо оков не происходит. В третьей паре (путь и плод невозвращения) уничтожаются ещё две оковы: чувственное желание и ненависть, а в чётвёртой (путь и плод архатства) — пять: пристрастие к формам (например, к объектам обычных джхан), пристрастие к бесформенным объектам (напр. к объектам бесформенных джхан), самомнение, неугомонность и невежество. Когда последние пять оков уничтожаются, все связи с циклом перерождений прерываются и ум достигает Ниббаны. Термин «ниббана» означает угасание, подобно тому, как угасает огонь. Объяснение, наилучшим образом соответствующее использованию данного термина в каноне, есть в 8 главе Висуддхимагги на стр. 247. Там Буддхагоса на основе этимологии выводит его структуру как отрицательную приставку nir и слово vāna (связывание). Поэтому смысл получается «отвязывание» или «освобождение».
С точки зрения физики, существовавшей во времена Будды, считалось, что горящий огонь находится в состоянии возбуждения, зависимости, привязанности и захваченности — одновременно цепляясь за и удерживаясь своим топливом. Считалось, что погашенное пламя переходит в состояние покоя, независимости и непривязанности. Оно отпустило свою подпитку и стало освобождённым. В угасании или отвязывании ума происходит похожее изменение. Итак, у нас есть одна Ниббана и четыре пары путей и плодов. Следовательно, надмирских состояний девять. Хотя в Вибханге упоминаются лишь четыре надмирских плода в списке возвышенных умственных состояний, в комментарии говорится, что оставшиеся пять также подразумеваемо подпадают под данное правило. Этому утверждению из комментария есть подтверждение в том, что Вибханга включает в список благородный восьмеричный путь, а в СН 55.5 этот путь приравнивается к потоку. В комментарии три вида сосредоточения и освобождения из Вибханги (пустотное, безобъектное и ненаправленное) классифицируются как аналоги надмирских путей, а три соответствующих достижения — как аналоги надмирских плодов. Однако в МН 121 есть фрагмент, в котором говорится, что, по крайней мере, безобъектное сосредоточение можно отнести к категории «mahaggata dhamma», потому что оно достижимо без полного прозрения в его конструированную сущность, и такой же ход мыслей применим ко всем трём видам сосредоточения и освобождения. Вне зависимости от класса, в который они входят, эти достижения являются возвышенными человеческими состояниями, описываемыми в этом правиле. Что касается «крыльев пробуждения», то в комментарии говорится, что они считаются возвышенными состояниями только в случае, если их уровень развития таков, что привёл практикующего к достижению надмирских путей. Там также добавляется, что любой аналог надмирского состояния, например, полное познание четырёх благородных истин, будет считаться фактором объекта в этом правиле.

Понимание

Если монах ошибочно считает себя достигшим возвышенного состояния и заявляет об этом, то нарушения не происходит, за исключением случаев, когда слушателем является мирянин. В этих условиях поступок монаха будет рассматриваться в контексте правила «Паччития №8». То же применимо в отношении правдивого заявления [мирянину]. Однако возникает вопрос, как классифицировать поступок монаха, который достиг возвышенного состояния (например, первой джханы), но не осознавая этот факт, делает заявление, что достиг его. Монах изначально считает своё утверждение ложным. В Вибханге слово «несуществующее» трактуется как «необнаружимое; не зная, не видя такого состояния у себя, заявляет ‘Во мне есть умелое состояние'». Также, в рассмотрении фактора намерения там говорится, что искажение своего взгляда или мнения будет считаться присутствием данного фактора. Это подразумевает, что возвышенное состояние считается несуществующим, если монах не обнаружил его существования у себя. Если монах сообщил свой взгляд в искажённой форме другому человеку, заявив, что состояние имеет место быть, то все факторы полного нарушения данного правила будут считаться присутствующими. В отличие от правила «паччития 1», текст Вибханги к этому правилу не рассматривает случай, когда монах, сомневаясь в своём достижении, говорит о нём
как о несомненном факте. Это наталкивает на мысль, что составители Вибханги считали, что полное нарушение этого правила применимо только в случае, когда монах без всяких сомнений понимает, что его заявление о достижении возвышенного состояния является ложным. Из этого следует, что, при наличии сомнений в достижении, уверенное заявление о его наличии будет считаться нарушением класса «паччития» в соответствии с правилом «паччития №1».

Усилие

В Вибханге говорится, что утверждение, в котором упоминается сам говорящий в отношении достижения им возвышенного состояния, должно передавать информацию в форме «это состояние есть у меня» или «я нахожусь в этом состоянии». Такое утверждение считается фактором усилия только в том случае, если в нём явно упоминается говорящий, хотя ссылка на возвышенное состояние может быть как прямой, так и косвенной. Явное упоминание может выражаться следующими словами: «Я достиг первой джханы», «Я видел миры богов», «Я помню свои прошлые жизни». В Вибханге даётся пример неявного упоминания: «Мне приятно находится в пустом жилище», что подразумевает достижение дхжаны, порождающей это удовольствие. В настоящее время, у многих общин практикующих появились свои собственные идиомы, выражающие достижение возвышенных состояний, например: «У меня нет сомнений на предмет учения Будды», что выражает вхождение в поток. В данных общинах подобные идиомы будут считаться неявным упоминанием. Как будет видно из рассмотрения фактора намерения, такое утверждение будет считаться нарушением только в случае, когда монах хотел передать подразумеваемое значение. Если в утверждении упоминается сам говорящий, а не состояние, и связь между говорящим и состоянием является неявной, это не является основанием для нарушения класса «параджика». Если это умышленная ложь, то класс нарушения будет «тхуллаччая» или «дукката». Поскольку основание для классификации нарушения в этом случае является объектом противоречий, мы рассмотрим его отдельно в разделе «понимание». Слово «заявление» относится здесь не только к словесным утверждениям, но и к словам в письменной форме, а также к жестам. В Вибханге даётся пример такого жеста: группа монахов договорилась между собой, что первый монах, кто покинет жилище, будет считаться арахантом, давая тем самым сигнал остальным. Один из монахов, не будучи арахантом, захотел, чтобы его считали таковым, и покинул жилище первым. В тот самый момент ему [автоматически] было засчитано нарушение класса «параджика». В настоящее время, письменное заявление также будет считаться фактором усилия в этом правиле. В Вибханге говорится, что утверждение будет считаться фактором усилия, если оно адресовано мужчине или женщине, мирянину или монаху. В Винита-ваттху описаны два случая, в которых монах, сидевший в укромном месте, делал [сам себе] ложные заявления о достижении возвышенных состояний. В первом случае нарушитель получил порицание со стороны другого монаха, способного читать чужие мысли, во втором случае порицание вынес небожитель. В обоих случаях Будда классифицировал проступки как «дукката». Отсюда в комментарии и в Канкха Витарани делается заключение, что, для выполнения фактора усилия, заявление, в котором говорящий упоминается в связи с
возвышенным состоянием, должно быть сделано человеку. Если же такое утверждение делается тайно от других, или сообщается животному или небожителю, то нарушителю засчитывается «дукката». Монахи, послужившие причиной установления данного правила, делали ложные заявления о высоких достижениях друг друга, а не самих себя. Эта ситуация не упоминается ни в тексте самого правила, ни в Вибханге или в комментариях, и не является нарушением данного правила. Она подпадает под правило «Паччития №1». В комментарии поднимается вопрос, не рассмотренный в Вибханге: можно ли считать заявлением утверждение о возвышенных достижениях в прошлых жизнях? Без какого-либо объяснения даётся ответ «нет». Когда утверждение делается в отношении самого себя, то оно относится только к текущим «пяти совокупностям», а не к тем, что были в прошлых жизнях. Касаемо категории «mahaggata dhamma», возможно сделать заявление о достижении в прошлых жизнях, которое не будет считаться применимым к этой жизни, потому что сам факт достижения джханы в прошлой жизни, не имеет никаких обязательных последствий в этой. Достижения этого класса обычно не переносятся из одной жизни в другую. Однако, что касается категории «lokuttara dhamma», факт достижения «вхождения в поток» и подобного в прошлой жизни будет иметь непременное влияние на эту. Человеку будет предначертано повторное достижение как минимум «вхождения в поток» в течение жизни, что ставит практикующего на уровень «следующего [учению] на основе веры» и «следующего [учению] на основе [знания] Дхаммы», то есть «человеком, вступившим в упорядоченность праведности, на уровень превосходных людей, преодолевшим уровень обычных существ» (СН 25.1). Это равноценно пути вхождения в поток. Следовательно, есть основания говорить, что заявления о достижениях категории «mahaggata dhamma», обретённых в прошлой жизни, не будут считаться здесь фактором усилия, а заявления насчёт «lokuttara dhamma» будут. И, разумеется, если монах делает ложные заявления о знании своих прошлых жизней, это, несомненно, будет считаться фактором усилия.

Намерение

Чтобы считаться нарушением данного правила, заявление должно быть (1) сделано с целью исказить истину и (2) основываться на порочном желании. В Вибханге объясняется, что утверждение с целью исказить истину имеет одну из следующих семи характеристик: перед совершением монах знает, что это неправда; во время совершения…; после совершения монах знает, что это неправда; монах передаёт слушателю свой взгляд в искажённой форме; … своё мнение в искажённой форме; выражает своё одобрение, искажая правду; сообщает о своём состоянии, искажая правду. В комментарии основное внимание уделяется первой характеристике, которая считается совершенно необходимой: монах должен заранее знать, что утверждение, которое он хочет сделать, будет ложным. Если монах заранее не осознавал ошибочность своего утверждения, а заметил это только во время или сразу после произнесения, его поступок будет считаться оговоркой и, в соответствии с трактовкой правила «паччития 1», не является умышленной ложью. Если намерение исказить истину отсутствует, утверждение не подпадает под действие данного правила параджики. Например, если монах хочет выразить что-то не связанное с возвышенным состоянием, но случайно произносит другое слово, которое может считаться заявлением о наличии такого состояния, нарушения не происходит.
Другие примеры ситуаций, когда у говорящего нет желания исказить истину, приведены в Винита-ваттху. Там говорится о монахах, которые были освобождены от ответственности за нарушение этого правила, потому что они «не намеревались хвастаться». В Вибханге не даётся точного определения этой фразы, но ситуации позволяют создать более-менее приемлемую картину того, что она означает. Во всех упомянутых случаях имеют место утверждения, где ссылка на возвышенное состояние является неявной. Например, в соответствии с распространённой ещё со времён Будды традицией, больного монаха спрашивали: «Ты достиг каких-либо возвышенных состояний?». Это делалось с той целью, чтобы при наличии такого состояния монаху рекомендовали сосредоточиться на нём, а при отсутствии — направить свои усилия на достижение такого состояния ещё до того, как болезнь усилится. Больные монахи отвечали различным образом, что на первый взгляд, могло показаться уходом от ответа. У них не было никаких возвышенных достижений и в то же время, они не хотели производить впечатление, что вообще ничего не достигли. Поэтому в качестве ответа они говорили: «Состояние, порождаемое путём порождения усердия» или «Состояние, порождаемое путём прилежного прилежания». В других ситуациях больным монахам говорили не бояться смерти, на что они отвечали: «Я не боюсь смерти» или «Может бояться смерти тот, кого мучают угрызения совести». Ещё несколько случаев описывают монахов, которых спрашивают о том, как они переносят тяготы болезни. Монахи отвечают: «Ни один пожилой человек не смог бы перенести такое» и «Обычному человеку такого не перенести». И ещё описывается несколько ситуаций, когда монахи, родственники которых настойчиво уговаривают их покинуть общину и вернуться в мир, отвечают: «Человек как я не может жить в обычном доме [мирянина]» или «Я преградил путь чувственным желаниям». Во всех этих случаях монахи испытывали угрызения совести за то, что их слова могли быть расценены за хвастовство. Они пошли к Будде, который ответил, что, поскольку у них не было намерения хвастаться, монахи не совершили нарушений. Очевидно, они лишь пытались избежать затруднительного положения, и в комментарии объясняется, что они вполне могли думать о чём-то другом, помимо возвышенных состояний. Странно то, что с учётом представленных объяснений данных ситуаций, в процессе рассмотрения в комментарии фактора «не намеревались хвастаться» в разделе «поступки, не являющиеся нарушениями», говорится о его применимости по отношению к монаху, который, не будучи мотивирован [порочным] желанием, делает своим друзьям-монахам необманчивое заявление о наличии знания. Однако в подкомментарии говорится, что определение из комментария не соответствует ситуациям из Винита-ваттху, и на этом основании даётся новое определение фактора «не намеревался хвастаться»: сказать что-то, что будет считаться фактором усилия, в то же время не желая говорить о возвышенном состоянии и не осознавая, что сказанные слова подразумевают его [достижение]. Опираясь на примеры из Винита-ваттху, мы можем уточнить объяснение из подкомментария, путём замечания, что это исключение применимо, даже если упоминание себя самого является явным, но неприменимо, если явным является упоминание возвышенного состояния. Следовательно, если монах без дурных намерений делает утверждение, которое можно счесть как подразумевающее возвышенное состояние, но в нём не содержится прямых упоминаний этого состояния, то вне зависимости от того, как
утверждение будет понято людьми, если у монаха не было желания хвастаться или заявлять о наличии достижения, он не совершает нарушения. Однако если монах умышленно говорил так, чтобы слушатели сделали вывод [о достижении], то, благодаря наличию умышленного искажения истины, фактор намерения будет считаться присутствующим. Что касается заведомо ложных заявлений, в которых делается явная ссылка на возвышенное состояние, например: «Я достиг четвёртой джханы», то, очевидно, что целью говорящего было подтолкнуть слушателей к определённому выводу, и, следовательно, фактор «намереваясь исказить истину» будет автоматически считаться выполненным. «Порочное желание» объясняется в комментарии цитатой из книги «Вибханга» Абидхамма Питаки, которая, в свою очередь, опирается на текст МН 5. Этот термин в сутте определяется как желание убедить слушателей, что отсутствующие у говорящего умелые состояния на самом деле присутствуют. Другими словами, монах должен желать, чтобы его утверждение было воспринято всерьёз. Это означает, что мотив является обязательной частью данного фактора. Если монах произносит самоуничижительную, саркастическую шутку на предмет своих несуществующих достижений, как будто они на самом деле есть, но не желает, чтобы его слова были восприняты всерьёз, то фактор намерения не будет считаться присутствующим, вне зависимости от того, как слушатели воспримут слова монаха. Однако, поскольку данные слова являются ложной речью, они подпадают под правило «Паччития 1», даже если монах хотел пошутить. По этой причине подобные ситуации не описаны в разделе «поступки, не являющиеся нарушениями» данного правила, потому что они являются нарушением класса «паччития». Однако, хотя налагаемое за них наказание относительно мягкое, к шуткам такого рода не стоит относиться легкомысленно. Они не только могут привести к серьёзному недопониманию среди слушателей монаха, но могут и выдать грубое неуважение к Дхамме, и особенно к достижениям, которые монах должен считать высшей целью и идеалом своей духовной практики.

Понимание

В Вибханге описывается два вида ситуаций, в которых фактор понимания играет роль в определении тяжести нарушения. В первом случае монахи намереваются солгать о достижении одного возвышенного состояния (такого как вторая джхана), но реально говорят о достижении другого (третьей джханы). Во втором случае они заявляют о достижениях, явно упоминая их, но упоминая себя в неявной форме (напр. монах, в отношении своего жилища говорит: «Те, кто живёт в этом жилище — араханты»). Учитывая то, что понимание играет здесь важную роль, возникает вопрос: «Чьё понимание здесь подразумевается: говорящего или слушателя?». В комментарии принимается точка зрения, что речь о понимании на стороне слушателя. Более того, несмотря на то, что в Вибханге этот фактор применяется только к двум упомянутым видам ситуаций, в комментарии он от них распространяется на все случаи, описываемые в данном правиле: слушатель должен понять, что говорит монах, чтобы последнему было засчитано полное нарушение. Однако, эта трактовка, судя по всему, возникла из-за неправильного прочтения канона. В других правилах, где понимание со стороны слушателя является фактором (напр. правила выхода из монашеской общины и Сангхадисеса 3), в Вибханге содержится
явная фраза «Если он понял», «Если он не понял», «Она не поняла», а слова «он» или «она» в другом падеже относительно причастий, описывающих монаха. Однако в данном правиле, в месте, где в Вибханге упоминается фактор понимания, используется причастие настоящего времени в том же падеже как и причастие, описывающие говорящего человека: sampajāna-musā bhaṇantassa paṭivijānantassa āpatti pārājikassa — «тому, кто произносит умышленную ложь и понимает (её как ложь) — [засчитывается] нарушение «параджика»» и т.д. (Некоторые исследователи предложили считать в этой фразе слово paṭivijānantassa абсолютной конструкцией родительного падежа, из-за чего данное слово может относиться к другому человеку, а не к главному действующему лицу предложения. Однако синтаксис предложения и местонахождение слова не соответствуют схеме абсолютной конструкции родительного падежа, которая должна состоять из существительного и причастия, стоящего отдельно от остальной части предложения.) Это значит, что причастие, выражающее слово «понимает» относится к тому же человеку, кто «произносит». Другими словами, оно указывает на монаха, а не на слушателя, который в предложении вообще не упомянут. Это, конечно же, порождает вопрос, почему именно понимание говорящего является здесь определяющим фактором? И ответ таков: В первом виде ситуаций (где монах намеревается сделать ложное заявление о достижении возвышенного состояния, но на самом деле говорит о другом состоянии), если он не понимает, что сделал оговорку, его утверждение обычно не будет считаться умышленной ложью, поскольку в момент произнесения слов он не понимает что говорит. Поскольку он не обратил внимания на свои слова, ему не будет засчитано полное нарушение. Однако, если монах достаточно внимателен, чтобы понять свои собственные слова, то в комментарии говорится, что все факторы нарушения присутствуют. Поскольку, как утверждение, которое он хотел сделать, так и утверждение, которое он реально сделал, являются порочными, такому монаху не должно быть позволено избежать наказания на том основании, что его слова были лишь «небольшой оговоркой». На этом основании, в Вибханге предлагается засчитывать нарушение класса «параджика» монахам, понимающим смысл своих слов и «тхуллаччая» не понимающим. Во втором виде ситуаций, где монах явно упоминает возвышенное состояние, но самого себя упоминает неявно, он заслуживает более сурового наказания, если понимает наличие подразумеваемой связи, чем если он не понимает. На этом основании, в Вибханге предлагается засчитывать «тхуллаччаю» в первом случае и «дуккату» во втором. Тем, кому интересна трактовка, даваемая в комментарии, заключающаяся в том, что обязанность понимания возлагается на слушателя, и оно должно присутствовать во всех случаях, чтобы засчитать монаху полное нарушение, представим его далее. В комментарии говорится, что понимание означает лишь то, что слушатель достаточно хорошо расслышал слова монаха, чтобы понять наличие в них заявления о возвышенном достижении. Здесь не имеет значения, знает ли слушатель о каком состоянии идёт речь, услышав его название — джхана, ясновидение, яснослышание и т.п. То же самое справедливо и в отношении того, поверил ли он/она монаху или нет. Если слушатель, которому монах делает явное утверждение о возвышенном состоянии, не понял слов монаха, но проходивший мимо человек понял, монаху всё равно засчитывается «параджика».
В комментарии к этому добавляется, что если слушатель не расслышал чётко слова монаха и не понял всего сказанного, монаху засчитывается «тхуллаччая». Если у слушателя изначально возникли сомнения на предмет слов монаха, но затем он понял, что имело место заявление о возвышенном состоянии, класс нарушения будет «тхуллаччая». Если человек вообще не услышал слов монаха, то в комментарии, путём экстраполяции на основе случаев в Винита-ваттху, где монахи делали такие заявления в уединении, предлагается засчитать монаху «дуккату». Если монах делает заявление о возвышенном состоянии, в котором упоминает себя лишь неявно, например: «Монахи, которых вы содержите, являются достигшими невозвращения», то в комментарии предлагается засчитывать нарушения по похожей системе: «тхуллаччая», если слушатель понимает, «дукката», если не понимает, и «дукката», если он/она не услышала заявления. Как уже говорилось выше, мнение комментария на этот счёт, по всей видимости, основано на неправильном прочтении текста Вибханги.

Особые случаи

Особые случаи в Винита-ваттху: 1) Брахманы обращаются к монахам, не имевшим особых достижений, с преувеличенной долей вежливости или убеждённости, относясь к ним как к арахантам («Пусть араханты войдут… Пусть араханты сядут») Это ставит монахов в затруднительное положение, и они спросили у Будды как вести себя в такой ситуации. Ответ Будды был таков: принимая такие предложения от людей «говорящих на основе веры», монахи не совершают нарушений, потому что прийти, сесть и т.п. не противоречит монашеской дисциплине, если намерением монахов является принять предложение, а не подтвердить заявление мирянина. 2) Монахи, надеясь заслужить почёт со стороны мирян, занимаются особыми видами практики. В Винита-ваттху даются такие примеры: жить в лесу, ходить за подаянием, сидеть, стоять, ходить и лежать (видимо медитируя в течение долгого времени). Этот список мы можем продолжить, включив в него аскетические практики «дхутанга», вегетарианство и подобное, дабы произвести впечатление. Эти поступки расценивается как нарушение класса «дукката». Поскольку данная оценка может произвести ошибочное впечатление, что монах не должен принимать «дхутанги» или медитировать долгое время в сидячей и других позах и т.п., в комментарии даётся список не заслуживающих порицания оснований для жизни в лесу: понимание, что жизнь в деревне приводит к беспокойству ума; желание уединения; желание достичь ступени Араханта; размышление о том, что Будда восхвалял жизнь в безлюдной местности; желание быть хорошим примером для друзей по монашеской жизни. Монах, принимающий практики «дхутанга» на основании этих или подобных мыслей, не считается совершившим нарушение.

Действия, не являющиеся нарушениями

В дополнение к стандартным исключениям, в Вибханге перечисляются ещё два, которые мы уже рассмотрели в связи с пониманием и намерением: нет нарушения, если монах делает заявление из-за ошибочного или преувеличенного понимания своего достижения и нет нарушения, если монах не собирался хвастаться, например, он делает заявление, кажущееся подразумеваемой ссылкой на возвышенное состояние, но не имеет намерения передать такую мысль слушателям.

Резюме: Умышленно солгать другому человеку о собственном достижении возвышенного человеческого состояния является нарушением класса «параджика».