Скопируйте это.
Бхиккху Суджато


перевод — Леша Тэль
редактор — Ксения Тэль
источник — тхеравада.рф

Авторское право сейчас это очень серьезное понятие. Вряд ли найдется хоть один пользователь компьютера, который не сталкивался бы с возможностью использования или создания контента, нарушающего авторские права. Оно касается и буддийских текстов, когда многие из них сейчас защищены в той или иной форме законом об авторском праве. Я собираюсь привести здесь несколько сложных аргументов, поэтому изложу свой основной вывод из них в самом начале. Я думаю, закон об авторском праве это плохая идея. Думаю, Буддистам было бы лучше не применять его.

Но независимо от того, имеет ли он определенное применение в некоторых областях, он противоречит фундаментальным буддийским принципам и никогда не должен применяться к буддийским писаниям.

Почему копирайт — плохая идея?

Основная предпосылка авторского права такова: мы можем обеспечить творческие доходы законными средствами. Цель авторского права состоит в том, чтобы обеспечить правовую возможность для соблюдения уважения к правам настоящих создателей. То есть уведомление об авторском праве — будет ничем, если оно не является скрытой юридической угрозой. В нем говорится, что если вы не подчинитесь, вы являетесь преступником и мы доставим вас в суд. Проблема не только в том, что эти угрозы не работают, но и в том, что они мешают нам рассматривать более гуманные и социально обоснованные меры.

Когда законы об авторском праве развивались в течение последних нескольких столетий, мы жили в совершенно другом мире. Копирование требовало усилий и его можно было разумно сдерживать. Но за последние 20 лет или около того, объединенные усилия человеческой изобретательности и промышленного производства создали миллиарды машин, которые могут копировать невероятно быстро и передали эти машины в руки большинства людей нашей планеты.

Затем вы говорите всем: «Пожалуйста, не используйте эти машины для копирования!» Вы помните, что случилось с запретами в Райском саду? Позвольте мне чуть подумать и угадать: люди все равно продолжают копировать.

Посмотрите, сколько уведомлений об авторских правах получает Google: google_takedown Да, это более миллиона запросов каждый день. Для одной компании. И посмотрите, как их количество увеличилось за последние несколько лет, в то время как защитники авторских прав упорно настаивали на создании все более жестких законов.

В мире не так уж много плохих людей. Если закон говорит, что миллионы людей -преступники, то ошибается закон, а не люди. Любой закон, который нарушается часто является непродуманным.

Мне кажется, что достойные законы бывают двух видов. Это либо законы, которые относятся к довольно исключительным материя: таким которые случаются редко, немногими людьми и выходят далеко за рамки того, что считается приемлемым — убийство, кража и тому подобное. В таких случаях вы запрещаете подобные поступки, устанавливая за их совершение существенное наказание. Другой вид законов это законы управляющие тем, что большинство людей делает или могло бы делать регулярно. Речь идет не столько о запрете вещей, потому что они неправильны, сколько об управлении ими в интересах общественного блага. Я имею ввиду такие вещи, как штрафы за превышение скорости, правила постройки или зоны для курения. В таких случаях мы стараемся подтолкнуть людей к правильному поведению. Мы настраиваем их, делая более дисциплинированными: при помощи информирования и обучения, постепенно создавая общественное ожидание приемлемого поведения.

Проблема с законом об авторском праве заключается в том, что оно пытается применить абсолютизм, соответствующий первому виду законов, к чему-то, что должно управляться вторым их видом. Нельзя просто заставить людей перестать копировать то, что им нравится. Такого просто не произойдет. Возможно, вы могли бы заставить их изменить свое поведение, но пока вы не дадите им способ, которым они могли бы делать это, ваша битва проиграна.

Авторское право, как часто полагают, может быть оправдано ссылкой на экономическую реальность. Но если это так, почему сторонники авторского права прибегают к фальсифицированным данным, чтобы оправдать свою позицию? С другой стороны, существует множество отчетов авторов и официальных исследований, которые показывают, что свободное издание книг в интернете резко увеличивает их популярность и мало влияет на их продажи. Настоящая цель авторского права заключается не в защите корпораций, а в защите работы авторов. Но вот в чем дело. До того, как я стал монахом, я был автором. Я писал песни и жил среди творческих людей. В течение 6-7 лет почти все мои друзья были писателями, поэтами, актерами, музыкантами, художниками или танцорами. И я не могу припомнить ни одного случая, когда закон об авторском праве был бы кому-то из них полезен.

Правда, я получал небольшую сумму от гонораров за песни, но это никогда сильно не влияло на мою жизнь. И в любом случае, даже если бы вы, будучи художником, узнали о нарушении своих авторских прав, что бы вы могли с этим поделать? Привлечь издателя или звукозаписывающую компанию к суду? Удачи вам с этим. Что бы вы могли сделать, если бы что либо подобное произошло, это связатся с предполагаемым нарушителем и если он не сделал как вы просите, просто поворчать об этом. Для этого не нужна правовая система.

Авторское право становится актуальным, когда вы вступаете в область корпоративного, спонсируемого искусства. Вы подписываете договор, дающий право собственности на ваши авторские права какой либо компании. Для нас это была звукозаписывающая компания или это мог бы быть издатель книг, киностудия или что-то еще. Тогда они владеют авторскими правами, вы получаете небольшой процент (в нашем случае около 10% — столько за защиту прав творческих работников.)

Если происходит нарушение авторских прав, компания обращается в суд, потому что они могут себе это позволить. В некоторых случаях это оправданно. Так например, снимать кино — довольно дорогостоящее дело и вам потребуются компании, чтобы обеспечить финансирование и помочь нести риски. Но все это может легко поменяться в зависимости от технологического прогресса. Так в прошлом для производства книг требовалась издательская компания. Постепенно технология поглотила специализированные услуги, которые могут предложить издатели. Верстка, корректура, дизайн, маркетинг, печать, распространение — все это теперь может быть легко сделано отдельными авторами, которые затем могут полностью контролировать свои произведения. На Amazon, почти 50% от дохода приносят авторы публикующиеся в жанре самоизданые книги. Поэтому тот факт, что производство некоторых видов творческой работы требует помощи крупных компаний и правовой защиты не означает, что такая защита необходима везде.

Представление о том, что авторское право существует для защиты самих авторов, увядает, если учесть разрушительное воздействие, которое радикальное его расширение оказало на произведения, создатели которых умерли. Вот некоторые сведения об этом, от профессора Джеймса Бойла из юридической школы Дьюка:

Конгресс устранил практику требования о продлении авторских прав (гарантировавшую, что 85% работ и 93% книг войдут в общественное достояние по прошествии 28 лет после смерти автора, потому что авторы и издатели просто не хотели или не нуждались во втором сроке авторского права.) И авторское право, которое было системой выбора (вы должны были соблюдать некоторые очень незначительные формальности, чтобы получить его), стало вброшеной системой (где вы получаете авторское право автоматически, когда вы «изменили» ту или иную работу в материальной форме) хотите вы этого или нет. Внезапно весь мир неформальной и некоммерческой культуры — от домашних фильмов, которые обеспечивают прекрасный вид на частную жизнь нашей эпохи, до эссе, плакатов, учебных материалов местного производства — был охвачен авторским правом. И удерживается им в течении всей жизни автора плюс 70 лет. Культурные последствия были катастрофическими. Изначально авторское право защищало небольшое количество произведений и охраняло их только в течении 28-летнего периода, в течение которого он был коммерчески доступен и в итоге пришло к тому, что охватило всю возможную культуру, независимо от того, в доступе она находится или нет и охраняя ее на период часто превышающий столетие. В отличие от 451 градуса по Фаренгейту, подавляющее большинство культурного наследия, занесенного в черную дыру 20-го века, не было коммерчески доступно и в большинстве случаев его авторы неизвестны. Эти работы закрыты и ни для кого не приносят пользы, ни у кого нет ключа, который мог бы их открыть. Мы отрезали себя от нашей собственной культуры, оставив ее плесневеть — а в случае старой кино пленки буквально распадаться — без всякой пользы для кого бы то ни было. Работы не могут быть физически уничтожены — хотя многие из них: исчезают, распадаются или просто теряются в бесконечно долгом периоде защиты авторского права, к которому они были отнесены. Но для подавляющего большинства работ и подавляющего большинства граждан, не имеющих доступа к одной из больших библиотек, они исчезли так же основательно, как если бы мы сложили культуру 20-го века и просто подожгли ее; и все это в тот момент, когда мы могли бы используя Интернет значительно расширить свою сферу культурного доступа.

Это расширение закона авторского права является бесполезным и вредным — это не просто мнение отдельных радикалов. В 2002 году группа из 19 экономистов, включая 4 Нобелевских лауреатов, представила Конгрессу США анализ закона 1998 года о продлении срока действия авторского права, в котором они пришли к выводу, что “в целом авторы считают маловероятным, что экономические выгоды от расширения авторского права в рамках CTEA перевешивают дополнительные расходы от его соблюдения«. И все же этот закон все еще существует. Вот потрясающий график, который показывает, насколько глубока дыра в нашем законе об авторском праве. Это из статьи под названием “Как Авторское право заставляет произведения исчезать” Пола Дж.Хилда из Университета Иллинойса. На этом рисунке показано, что книги, опубликованные до 1923 года, гораздо более доступны, чем книги, опубликованные после этого времени. По сути, издатели делают тексты доступными в течение десятилетия или двух, а затем они томятся непрочитанными, до тех пор пока не становятся общественным достоянием.

Оправдание этого закона — весьма спорно. Эмпирические исследования показывают, что творческие работники зарабатывают в среднем около половины средней заработной платы, а их доходы крайне неравны и не стабильны. В итогах своего опроса 25 000 авторов Великобритании и Германии Мартин Кречмер и Филип Хардвик из бизнес-школы Борнмутского университета написали, что, если целью закона об авторском праве является предоставление разумного вознаграждения для писателей, то “это исследование довольно убедительно показывает, что текущее законодательство об авторском праве эмпирически не отвечает этим целям.» Они добавили: «После этого исследования политика авторского права не может оставаться прежней.» И все же оно не только не привело к реформе этого закона, но как можно отметить сейчас вся активность с ним связанная продолжает приносить все больше и больше проблем. Это похоже на сверхсекретные сделки, происходящие в Транстихоокеанских международных отношениях.

Если закон на самом деле не защищает творческих людей, то кого он защищает? Закон об авторском праве это инструмент капитализма, и, как все подобные инструменты, он стремится сделать богатых еще богаче. Кто поднимает шум из-за копирайта? Фермеры в Кении? Уборщики улиц в Маниле? Водители автобусов в Бразилии? Нет, это владельцы крупных, богатых корпораций.

Практический результат копирайта, утверждаю я, состоит в том, чтобы взять деньги из рук творческих людей и их поклонников и сосредоточить их в руках богачей, контролирующих производство. Подумайте об этом: почему закон об авторском праве был создан в последние 300 лет или около того? Разве это не то время, когда стал использоваться печатный станок? Он позволяет массовое копирование текста, но делает это со значительными затратами, с точки зрения физического оборудования и пространства, а также с точки зрения времени и навыков его обслуживания. Когда создавались законы, они служили определенной цели, так как капитал (печатные станки, распределительные сети и тому подобное) был необходим для обеспечения труда людей. Так, был создан вид организаций, известный как “издатели”, чтобы заниматься всеми этими вещами и обеспечивать печать и распространение книг. Но теперь основной эффект закона об авторском праве заключается в том, чтобы запретить людям доступ к самим книгам. И причина этого проста: вся идея была основана на состоянии техники производства того времени, которая сейчас просто больше не существует.

Прибыль возникает из спроса на товар, предложение которого ограничено. В 20 веке предложение интеллектуального контента было ограничено и поэтому он был ценным товаром. Теперь это не так, несмотря на все усилия к сохранению ситуации в прежнем виде. Сейчас информация это самая дешевая вещь в мире, которая стоит гораздо дешевле воды. Экономическое мышление, лежащее в основе авторского права, глубоко оторвано от реального мира. Я искал данные об экономических последствиях закона об авторском праве и ничего не смог найти, поэтому позвольте мне сделать необоснованную гипотезу. Если кто-нибудь владеет подобными данными, пожалуйста, дайте мне знать. Но вот мой тезис: поток денег от копирайта в целом идет от бедных к богатым, от цветных к белым, от женщин к мужчинам, от слаборазвитых стран к развитым, от молодых к старым. Докажите, что я не прав!

Если мы хотим сохранить какую-либо форму закона об авторском праве, мы должны развивать ее как второй вид закона, о котором я упоминал выше, постепенно и прагматично, вместе с процессом образования. Одной из моделей было бы сделать авторское право более похожим на патентное право. В ней создатель должен будет сделать заявку на авторское право, в которой изложены причины его применения. Если заявка будет принята, процент от прибыли, скажем, 10%, будет идти в регулирующий орган, тем самым обеспечивая его финансирование. Это гарантировало бы, что авторское право применяется только к произведениям и работам, где создатель искренне ожидает, что потеряет более 10% своих доходов от его копирования. Авторское право будет применяться в течение разумного периода, скажем, 20 лет, как и в случае с патентами. Существуя люди творят. Первые признаки творческой деятельности человека появились почти 100 000 лет назад. Творчество есть выражение человеческого духа: оно не принадлежит капитализму. Что бы вы ни делали, вы творите. Люди во всем мире создают, пишут, рисуют, играют музыку и им наплевать на авторское право. Закон об авторском праве не способствует творчеству. Речь идет о поддержании экономического порядка, основанного на технологии 20-го века, которая гарантирует, что небольшой круг богатых получит основную экономическую выгоду от творческой деятельности.

Что насчет буддизма?

Можно было бы подумать, что это даже не нуждается в утверждении, но, очевидно, обратное: Буддизм — это отпускание, авторское право — это удержание. Даже если мы можем согласиться с некоторыми формами авторского права в определенных сферах жизни, как это должно относиться к буддизму? В конце концов, буддизм не только выжил, но и процветал в течение тысяч лет, прежде чем появились авторские права. Возможно, здесь уместна какая-то историческая перспектива. Первый вопрос, который можно разрешить быстро, заключается в том, является ли копирование воровством согласно буддийским заповедям. Ответ — нет. Воровство в буддизме требует, чтобы владелец был чего либо лишен. Копирование — это не отбирание. Можно утверждать, что создатель косвенно лишен дохода, но это не имеет смысла. Есть много способов косвенно лишить кого-то дохода; например, я мог бы создать конкурирующий бизнес. Я могу даже сделать это из злого умысла, намеренно желая причинить кому то вред. Это может быть нехорошо, это может быть даже незаконно, но это не имеет ничего общего с воровством. Конечно, нарушение авторских прав противоречит закону, что является отдельным вопросом, но это не нарушение одного из пяти предписаний.

Кстати, многие монахи, как и большинство людей в развивающихся странах, постоянно используют пиратское программное обеспечение. Если бы копирование было воровством, они рисковали бы попасть под правило исключения из Сообщества (Параджика). Однако, несмотря на то, что нет никакой Параджики за использование программного обеспечения, оно может по-прежнему часто быть незаконным. Это одна из многих причин, почему монашество должно использовать свободное программное обеспечение с открытым исходным кодом (FOSS), такое как Linux. Это также подчеркивает одну из часто упускаемых деталей истории авторских прав. Программное обеспечение является необычной отраслью в том своем аспекте, что обширное его копирование существует столько же, сколько существует сама отрасль. Люди использовали миллионы пиратских копий Windows и другого программного обеспечения, с тех пор как они существуют. Однако компании, производящие программное обеспечение, процветают и получают большие прибыли.

Для буддийской традиции, как и для большинства традиций древности, не существует понятия интеллектуальной собственности. Люди все время без проблем копировали их. Буддийские тексты полны случаев, когда монахи или монахини цитируют дословно отрывки лекций Будды или других его Учителей и при этом никогда не возникает вопроса о собственности. Это потому, что сама суть Дхаммы не о собственности, а о помощи людям в избавлении от страданий.

Дхамма воспринималась как Дхамма Будды. Будда поощрял своих учеников обучать ей на их собственном языке, так что с самых ранних дней Дхамма существовала в нескольких переведенных формах, все из которых считались словами Будды. Когда позднее тексты были переведены на китайский и Тибетский языки, эта традиция продолжилась. Эти тексты считались словами Будды в том же самом смысле, что и “оригинальные” Писания (которые сами были переводами с одного индийского диалекта на другой).

Однако в современных соглашениях, таких как Бернская конвенция, предусматривается, что переводы должны рассматриваться как оригинальные произведения. Я думаю, это ошибка. Я писал оригиналы и делал переводы и это очень разные вещи. Вы можете, например, заставить компьютер сделать перевод, хотя и плохо, но ни один компьютер не может написать оригинальную статью имеющую смысл.

Как бы то ни было, это явно противоречит всей буддийской традиции. И нет нужды говорить, о том что никто из создателей закона не подумал проконсультироваться об этом с буддистами. Это был закон, принятый в Европе некоторыми богатыми белыми людьми, которые даже не думали, что их действия могут повлиять на древнюю духовную традицию с Востока. Однако этот закон был принят многими буддистами, которые используют его для контроля за тем, как делаются переводы. Буддийские писания больше не рассматриваются как ”слово Будды», но как собственность отдельных лиц или, что более вероятно, корпораций. Эта тенденция наблюдается в основном среди западных переводчиков; азиатские переводчики в основном придерживаются первоначального духа, хотя иногда они используют ограничительные лицензии различных форм. Не только переводы считаются собственностью физических лиц, даже оригинальные тексты часто являются предметом претензий авторского права. Можно было бы подумать, что тысячелетний текст будет довольно прочен в своем положении общественного достояния, но, по-видимому, многие издатели текстов так не думают. Выходя за пределы чрезвычайно широкой сферы действия закона об авторском праве, они публикуют лицензии к своим текстам, иногда “выпуская” их под различными лицензиями Creative Commons. Но вы можете лицензировать только то, чем владеете и вы не можете просто заявлять, что владеете тем, чем не владеете. Делать такие заявления незаконно или должно быть признанно незаконным. (Поскольку закон об авторском праве написан почти полностью для защиты интересов контент-провайдеров, неясно, в какой степени такое требование является незаконным. Но принцип достаточно ясен.)

Основное обоснование авторского права заключается в том, что если его не будет, то авторы не получат компенсацию за свое творчество и перестанут этим заниматься. Это сомнительный аргумент в креативной индустрии в целом, поскольку, как мы видели, не только нет реальных доказательств того, что авторское право обеспечивает достойную жизнь художникам, но и потому, что художники не мотивированы в первую очередь деньгами.

Это еще более применимо к буддизму. Никто не переводит буддийские тексты за деньги, и это очень хорошо, потому что, если бы вы это делали, вы были бы сильно разочарованы своими доходами. Мы — монахи, ученые, научные организации или частные лица,— выполняющие работу по переводу, делаем это из любви. Существует огромное количество переводов, которые были сделаны и просто выпущены, без какого либо желания получить за это выгоду. И даже в меньшинстве случаев, когда работы публикуются в коммерческих изданиях, переводчики и многие помощники, которые участвовали в ней, обычно не получают от этого никакого дохода. Учитывая это, мне кажется, что лучшим способом обеспечить высокое качество перевода будет делать свою работу доступной, чтобы ее можно было копировать, адаптировать и улучшать. Если вам требуется финансирование, например, вы хотите взять отпуск для завершения перевода, следует полагаться на буддийскую культуру даны (щедрости), которая поддерживала сохранение и распространение текстов в течении всего времени существования Учения Будды.

Когда я говорю, мы не должны использовать авторские права на наши тексты, кто то возражает, но как вы остановите их злоупотребление? Я просто не понимаю, в чем проблема. Кто-нибудь действительно думает, что есть орды злобных людей, лишь ожидающих возможности, чтобы сделать ужасные вещи с буддийскими текстами? Если, по какой-то отдаленной случайности, кто-то сделает что-то злое с моей работой, например, выдаст ее за свою, я свяжусь с ним и попрошу не делать такого. Если нет, я буду полагаться на силу давления со стороны окружающего общества. Я напишу об этом и пусть люди знают, что это афера. Это поможет исправить ситуацию. Но я бы никогда не подал на кого-то в суд за что-то подобное, так зачем выносить подобные пустые угрозы?

Мне кажется, что подобная озабоченность показывает глубокое непонимание того, что такое на самом деле закон об авторском праве. Авторское право — это не то, на что вы можете претендовать или не претендовать. Оно существует по закону, потому что вы сделали творческую работу. Действуя в соответствии с законом об авторском праве, вы говорите, что любой, кто нарушает этот закон, является преступником и потенциально подлежит серьезному наказанию.

Я предлагаю, чтобы это никогда не было юридическим вопросом. Мы должны посвятить наши работы общественному достоянию, через Creative Commons Zero или аналогичный ресурс. Это не означает, что вы обязательно будете поддерживать и поощрять кого-либо делать с вашей работой все, что ему заблагорассудится. Это значит, что чтобы кто-то ни делал, вы не будете относиться к нему как к преступнику. Если вам не нравится то, что они делают, свяжитесь с ними и вежливо попросите их остановиться. Если вы хотите дать некоторые рекомендации по ее использованию просто сделайте это. Вы можете попросить людей дать правильное описание или ничего не менять, или не использовать работу в коммерческих целях. Но вы не должны делать из подобных ситуаций юридическую проблему.

Вначале думая что следую правильным общественным нормам я публиковал свои работы под ограничительными лицензиями Creative Commons. Но по мере того, как я узнавал больше и мое понимание основ авторского права стало более основательным я перестал поддерживать этот закон. Я считаю, что если кто-то хочет что-то сделать с моей работой, я не сколько ни против этого. Александр Дункан из Chroniker Press взял мой перевод Тхерагатхи и сделал хорошее печатное издание: это потрясающе, купите, если хотите! Маркус Эхтерхофф из DhammaTime только что внес некоторые изменения в мой открытый санскритский шрифт, полученный мною из Open Sans — здорово, качайте и пользуйтесь.

Это возвращает меня к тому, о чем я упоминал ранее. Вместо того чтобы полагаться на авторское право, мы должны адаптировать тысячелетние методы ведения переговоров об использовании материалов, основанных на социальных взаимодействиях. И это, еще раз, является областью, где технологии полностью изменили первоначальную ситуацию. Авторы могут контактировать со своей аудиторией так, как никогда до этого с момента изобретения издательств.

Закон об авторском праве — это просто показатель плохого отношения. Люди, которым нравятся ваши произведенияваши поклонники. Когда вы ссылаетесь на закон об авторском праве, вы относитесь к ним как к преступникам. Как вы думаете к чему это приведет?

Взаимоотношения между Автором и его аудиторией — единственный, непреложный факт всей общественной творческой деятельности. Для нее вам нужен автор и вам нужна аудитория. Вам не нужен посредник. Делая безликую компанию посредником, вы отдаляете автора от его аудитории. Когда поклонник копирует произведение, он не думает, что вредит создателю. Он думает об этом, как о том, чтобы не платить «человеку». Если будут восстановлены естественные творческие отношения между художником и зрителем, то в них будет больше уважения и взаимной поддержки. Это доказывают такие инновации, как Kickstarter, который показывает, что люди вполне счастливы платить за творческие работы, особенно если они чувствуют связь с их автором.

То, что я предлагаю, — это инновационные модели, такие как Kickstarter, его буддийская версия dana (щедрость) итп, привели пример того, как можно наладить новые отношения между создателями и аудиторией. Lulu.com — другой пример это служба печати по требованию. Вместо того чтобы передать право собственности на вашу работу Lulu, вы сохраняете право собственности и используете любую лицензию, какую захотите. Lulu больше похожа на подрядчика. Вы платите им за различные услуги, такие как печать и распространение, и, возможно, за такие вещи, как дизайн и маркетинг. Но они никогда не владеют вашей работой: ее владелец вы.

Большинство людей не понимают этого, но интернет работает на пожертвованиях. Большинство серверов, в сети работать на Linux, который является бесплатным програмным обеспечением с открытым исходным кодом. Он был создан, разработан и до сих пор поддерживается людьми, которые жертвуют свою работу на общественное благо. Linux не просто питает интернет, он также лежит в основе Android и целого ряда других компьютерных приложени от компьютеров встраивамых в различные устройства и до самых быстрых в мире суперкомпьютеров. Как вы думаете, почему самые лучшие компьютерщики для своей самой важной работы используют Linux? Просто потому что он лучше.

Щедрость — это не просто хорошая идея, она мотивирует на создание лучшие результатов. Почему? Потому что люди лучше работают, когда вы привлекаете их позитивное отношение, нежели чем когда вы предполагаете, что они эгоистичны.

Еще одним примером инновационного подхода является программа верстки Текса, разработанная Дональдом Кнутом. Он выпустил программное обеспечение бесплатно, так как качество верстки является общественным благом, каждый должен быть в состоянии ее проводить. И он заработал деньги, поместив подробные инструкции в книгу, TeXbook, которая, конечно, была набрана в TeX. Но он пошел еще дальше, предложив вознаграждение каждому, кто нашел ошибку в его программе.

Таким образом, он не только улучшил свою работу, он нашел сообщество умных людей, которые хотели работать с ним. Есть еще много других примеров. Во всех этих случаях люди находили эффективные способы использовать фундаментальный принцип буддийской психологии: люди работают лучше, когда их побуждают делать добро. Если вы наказываете их за что-то безобидное, они просто раздражаются.

Я закончу эту статью цитатой Нила Геймана, которая являлась резюме к его основному докладу для Лондонской книжной ярмарки 2013: «Млекопитающие тратят ужасно много своей энергии на младенцев, на своих детей. Они тратят девять месяцев своей жизни на вынашивание, а затем два десятилетия на пристальное внимания к своим чадам. Так происходит потому что мы вкладываем все наше внимание в одну вещь, которую хотим вырастить. Одуванчик, с другой стороны, будет иметь тысячи семян и он позволит им лететь туда, куда им нравится: ему все равно. Он выпустит 1000 семян, и 100 из них прорастут. … весь смысл цифровой эры сейчас в том, что это граница, где все старые правила разваливаются. Любой, кто говорит вам, что знает, что будет через 10 лет, просто лжет. Никто из экспертов этого не знает, вообще никто ничего не может предположить и это здорово. Когда старые правила исчезнут, вы сможете составить свои собственные правила. Вы можете потерпеть неудачу, но это будет интересно: потому что вы сможете попробовать что-то новое. Но так же вы можете и преуспеть, в том что никто другой раньше не делал, потому что вы толкаете и входите в дверь с надписью «Входа нет«. Вы сможете все это опробовать, но для этого вам просто нужно стать одуванчиком: быть готовым к тому, что все провалится. Выбрасывайте вещи, пробуйте новое и смотрите что работает, а что нет

И, кстати, я кое что исправил в этой цитате. Один одуванчик звучит немного красивее чем множество.