Окончание вещей — Наставление о безличности
Ачаан Брахмавамсо

источник — dhamma.ru

NAMO TASSA BHAGAVATO — ARAHATO SAMMASAMBUDDHASSA
Почтение Благословенному, Достигшему и Полностью Пробужденному!

Все, что появляется, уходит

Это последняя беседа Ретрита Дождей 1999 года. Кажется, всего несколько дней назад я проводил первую беседу этого Ретрита Дождей. Сейчас он почти закончился. Такова природа вещей: прибывать и убывать. Некоторых людей это очень пугает, как если бы не было места, на котором они могут удержаться, как будто даже земля под ними двигается, рушится, так что некуда сесть. И это дей-ствительно природа наших жизней. Сначала мы боимся непостоянства, Аничча, но спустя какое-то время, когда мы начинаем понимать наставления Владыки Будды (Дхамму), Аничча становится для нас очень удобной, она становится ин-струментом, который мы можем использовать, чтобы сделать уютными настрое-ния в жизни. Иногда мы в замешательстве. Иногда мы здоровы. Иногда нам гру-стно. Иногда мы больны. Именно это пребывание и убывание и есть настоящая природа жизни.

Если человек понимает пребывание и убывание всех явлений, то пережива-ние худшего, что может дать человеческая жизнь, не заставит его дрогнуть. Вы знаете, что что-то происходит, будто ветер каса-ется вашего лица. Вы не знаете, откуда этот ветер появляется, и вы не можете сказать, куда этот ветер уходит. Все, что вы знаете, это то, что ветер дует. Вы не знаете, когда этот ветер кончит-ся, усилится он или ослабеет. Если прогнозировать настроения, они, как погода, «переменные».

Все чувства, что возникают в уме, и все чувства, что охватывают тело, все они появляются и уходят. Даже если вы изо всех сил пытаетесь контролировать эти чувства, испытывать только приятные чувства и избегать неприятных, вы все равно никогда не знаете, откуда они приходят и когда они уйдут.

Все в огне

Все вы довольно взрослые и у вас было достаточно опыта, чтобы сделать открытие, что вы не може-те контролировать чувства (Ведана). Они вне вас. Они просто приходят, когда хотят, и исчезают, когда хотят. Они подчиняются законам природы, а отнюдь не нашему контролю. Именно об этом говорится в Адиттапа-рияя Сутте («Огненной проповеди», SN,35,42). По существу, весь опыт охвачен огнем, бу-шующим, разрастающимся, и потом отступающим, уменьшающимся; гаснущим, и потом опять разго-рающимся. Это природа нашего опыта.

Если вы чем-то болеете, вы знаете природу болезни: угасать, а затем снова разгораться. То же самое с болезненностью ума. Иногда ваш ум здоров, и все так замечательно, а бывает, он угнетен, вы сыты по горло и хотите куда-нибудь убежать. Это просто природа ума, все это – всего лишь мирские ветры, дующие сквозь него. Все Тайские Мастера Медитации советуют не следовать этим на-строениям, а твердо стоять на своем и быть как непоколебимая скала, где ветры могут дуть так сильно, как только могут, но вы даже не дрогнете. Это признак че-ловека, который понимает Дхамму, – он не дрожит и его не бросает вокруг. Че-ловека, который не утвердился во Дхамме, бросает повсюду. Когда ваши корни приросли к Дхамме, тогда вас не сдвинет прибывание и убывание различных яв-лений в мире. Быть способным видеть эти прибывающие и убывающие явления значит просто видеть то, что вещи прихо-дят и уходят. Нам нужно смотреть на то, что мы называем опытом. Но не только на само переживание, нам нужно так же смотреть и на переживающего. Я уже приводил аналогию о том, что опыт как про-грамма по телевизору. Часто человеческие существа, включая буддистов, желают замечать только то, что на экране, но не сам экран. Они хотят видеть только то, чего здесь нет, они не хотят смотреть во-внутрь. Все религии и фило-софии, имеющие склонность к мистическому самосозерцанию, заметили эту тен-денцию. Люди, похоже, не уходят достаточно глубоко вовнутрь. Они останавли-ваются, не до-ходя до цели. Весь смысл внутреннего исследования в том, чтобы идти глубже, идти к самому сердцу явлений, – того, что мы называем «миром», «собой», «Богом», «бытием» или как угодно еще.

Проникновение под поверхность вещей

Вместо того, чтобы уходить вовнутрь, человеческие существа склонны ухо-дить наружу. Они ухо-дят от «этого» и идут к чему-то другому в будущем. Они ша-гают впереди себя, а не вовнутрь себя, именно поэтому человеческие существа – даже созерцатели – очень часто не обретают чистую мудрость Дхаммы. Эта Дхамма лежит прямо в настоящем мгновении, в сердце, в центре всего этого.

Как я уже говорил, зачастую мы просто останавливаемся у поверхности ве-щей и думаем, что это все, что есть. Мы не уходим глубже, в самую суть, и не видим… что там ничего нет! Это так важно – суметь освободить себя от иллюзии чего-то постоянного, узнающего появление и исчезновение явле-ний, от иллюзии постоянного твердого экрана, от иллюзии, что «ты» всегда находишься здесь, на-блюдая, как все эти вещи приходят и уходят, но «ты» не приходишь и не уходишь, «ты» всегда здесь. Это иллюзия, которая создает страдания в том мире, где вы живете. Именно поэтому я учил вас на про-тяжении всего этого Ретрита Дождей развивать свой ум в Самадхи до таких мощных состояний под-держиваемого внимания, когда вы можете позволить уму покоиться на одной вещи смело, твер-до, без дрожи, без колыхания, поддерживать внимание достаточно долго для то-го, чтобы проникнуть в его пустую природу.

Вы хотите увидеть то, что мы называем самим опытом, и, чтобы суметь глу-боко проникнуть в него, вам нужна способность удерживать ваше внимание на чем-то очень, очень тонком. Обычный опыт жиз-ни происходит так быстро, что реально мы не можем различить его природу. Мы будто мчимся по жиз-ни в бы-строй машине. Когда мы смотрим в окно, все, что мы видим, – это проносящиеся краски пейза-жей. Проезжая по городу, мы не в состоянии прочесть даже надписи на указателях и названия магази-нов, потому что слишком быстро едем. Если мы будем ехать медленнее, мы получим больше информа-ции. Если мы будем путе-шествовать на велосипеде, мы увидим еще больше. Если мы пойдем пешком, мы будем замечать даже мельчайшие подробности. Если мы будем стоять на месте, наблюдая пейзаж вокруг нас, то обнаружим, что видим больше всего.

Быть неподвижным и «видеть» драгоценный камень в сердце лотоса с ты-сячью лепестками

Если вы можете поддерживать ваше внимание на любой частичке природы достаточно долго, при-рода открывается вам и показывает свои тайны, наблю-даете ли вы листик на дереве или луну в небе или даже палец на вашей руке. Что бы это ни было, если вы можете поддерживать ваше внимание не-подвиж-ным и без комментариев, безмолвным и тихим, вы обнаружите, что объект, кото-рый находить-ся перед сознанием, откроет вам свои тайны. И вы там увидите на-много больше, чем видели когда-либо раньше. Это как лотос с тысячью лепест-ками. Ночью лотос с тысячью лепестками закрывается. На рассвете, когда сол-нечные лучи касаются его лепестков, он начинает открываться, по одному лепе-стку. Пока солнце греет лепесток, лепесток открывается. Представьте себе, сколько времени солнце должно поддерживать свое тепло на лотосе, чтобы по-будить внутренние лепестки открыться? Здесь под солнцем понимается Самад-хи. Под лотосом можно понимать любое явление, на каком бы мы ни поместили свое внимание. Если мы поддерживаем наше внимание на лотосе, – на этом яв-лении, – крайние лепестки распускаются, открывая внутренние лепестки. Вы за-метите, что когда вы созерцаете таким образом, безмолвно удерживая свое вни-мание без движения, все старые ярлыки исчезают. Все старые представления, которые у вас были об этой вещи, которая перед вами, – это «крайние лепестки». Они начинают исчезать, когда вы достигаете нижних лепестков. Вы начинаете видеть вещи, которые вы никогда раньше не видели, вы испытываете пережива-ния, для которых у вас нет ярлыков и которые вне вашего выученного воспри-ятия.

Большая часть нашего восприятия просто повторяет то, что мы уже знаем, с тех пор, как нам об этом сказали в школе. «Корова», «собака», «полисмен», «деньги», «машина» – все это просто ярлыки, которые нас научили цеплять на объекты мира. Также нас научили цеплять ярлыки на объекты ума: «мысль», «чувство», «сознание», «я». Все это – не больше, чем просто выученные воспри-ятия. Когда мы поддерживаем внимание на уме, мы видим, что все эти ярлыки – это внешние лепестки лотоса. Ко-гда они отрываются, мы узнаём, что это еще не все, что есть более глубокая реальность, которая опре-деленно вне слов. Если мы сможем продолжать поддерживать наше внимание на той вещи, которую мы называем «умом», «опытом», «сейчас» или как бы мы ни захотели это назвать, без движения, начнут показываться глубочайшие лепестки. И тогда, наконец, по-следний, тысячный лепесток, глубочайший-из-глубочайших, открывается и пока-зывает то, что называется «драгоценным камнем в сердце лотоса». Прекрасная драгоценность Дхаммы, и это пустота – там ничего нет! Это будет не то, что вы ожидали обнаружить в сердце лотоса, но это то, что там есть – пустота всех яв-лений. Однажды вы видите это, и это приводит вас к большому потрясению, по-трясению, которое пробуждает вас от глубокого сна ил-люзии.

Пустота до самой сути

В центре всех вещей – большое пространство ничто, пустоты. Все, что во-круг, – это выдумки (Санкхары), просто выдумки, которые окружают эту пустую суть ничто. Это те выдумки, которые мы принимаем как что-то реальное, как «я», «мое» и «личность». Все эти вещи – это то, что вводит нас в заблуждение. Тяже-ло уйти глубоко вовнутрь ума. Приходит время, когда мы почти достигаем глубо-чайшего лепестка, – но не самого глубокого, – и нам кажется, что это уже хоро-шо. Чем глубже мы идем в этот лотос, тем больше золотых лепестков, тем они прекраснее и тем больше они сверкают. Они восхитительны, эти глубочайшие лепестки. Иногда мы приходим к самому прекрасному лепестку и ду-маем: «Вот оно. Это именно то! Как это прекрасно, как замечательно, как воодушевляюще. Наверное, это Дхамма!» Однако только в пустоте, в ничто, только там может быть конец. Ачаан Чаа, мой учитель, всегда был склонен находить конец вещей, – не вещи, которые только создают еще больше проблем и еще больше вещей, которые надо делать, а то, что останавливает все, завершает работу, прекраща-ет бремя. Так человек становится просветленным. Рождение разрушено (Кхина Джати). Святая Жизнь прожита (Вуситам Брахмачариям). Всего этого больше не будет (Напарамиттхаттаяти).

Не хватит ли с вас всего этого? Те из вас, кто много страдал во время этого Ретрита Дождей, просто вступили в клуб. Это страдание. Все, что мы пытаемся сделать, – это найти то, что закончит это страда-ние и завершит дело Святой Жизни. Мы хотим, чтоб оно кончилось, мы хотим видеть, что суть ничто – это то место, где его нет. Представьте, каково это, когда вы знаете, потому что вы уви-дели самую глубь всех вещей, что там ничего нет. То, что вы принимали за соз-нание, то, что знает, – вы обнаруживаете, что оно полностью пусто.

Будда называл появление чего-то твердого фокусом волшебника. «Волшеб-ник» делает так, чтобы вы думали, что есть что-то твердое в этом сознании [SN, 22, 95]. Но это просто вещи, они появляются и уходят. Вот и все! То, что знает, – это пустой процесс. Поскольку он пустой, он может остановиться. Если бы там что-то было, познание было бы бесконечным. Есть основной закон физики, назы-вается «закон сохранения энергии». Энергия может трансформироваться из од-ного вида в другой, и так она проходит через всю Самсару. Но если там ничего нет, если сознание пустое в своей субстанции, – толь-ко тогда оно может остано-виться.

Видеть эту суть сознания, пустую – это освобождение. Это значит, что, по-знаете вы счастье или вы познаете страдание, познаете вы замешательство или вы познаете ясность, вы понимаете, что это просто пустое сознание играет с ва-ми в игру, делая так, чтобы вы думали, что это все на самом деле. Когда вы дей-ствительно увидели пустоту сознания, это все равно, что наконец видеть, как ис-чезает телевизор, на котором происходит вся эта драма жизни.

Как я упоминал раньше, мне нравится использовать сравнение с телевизо-рами. Представьте шесть телевизоров на линии: один называется «зрение», дру-гой называется «слушание», третий называется «обоняние», четвертый называ-ется «вкус», пятый называется «прикосновение» и последний называется «ум». Только один из этих телевизоров включен в одно и то же время – только один, затем второй и еще один, мелькнет в бытии и затем отключается. Можно легко видеть то, что на экранах, видеть прибыва-ние и убывание того, что на экране, однако способ стать Просветленным – это не только видеть прибы-вание и убы-вание того, что на экране, но видеть, как весь телевизор приходит к бытию и за-тем полно-стью исчезает.

Одно из больших преимуществ достижения Джхан в том, что, как только вы вошли в Джхану, пять «телевизоров» полностью исчезают, – не просто на мгно-вение пропадают из бытия, а пропадают из бы-тия на много часов. Это не так, как если на экране ничего нет, – нет больше экрана! Нет зрения. Нет звука. Нет даже слушания. Нет запаха. Нет вкуса. Нет касания. Это потому, что, когда вы в Джха-не, нет тела. Это чистое ментальное сознание. Вот почему вы можете сидеть долгие периоды времени. Колени не болят, спина не болит, нос не чешется и не хочется чихать. Вы полностью оставили мир.

Пять «телевизоров» исчезают, и у вас остается только этот ум. Однако отда-вайте себе полный отчет в том, что вы можете там застрять. Некоторые люди со слабой мудростью подумают: «Вот оно: ум – это окончательный телевизор, кото-рый не исчезает». Однако вы можете или применить анализ, или углу-бить Джха-ны, и вы увидите, как будут отсекаться части этого последнего «телевизора». От Первой Джханы до Второй Джханы вы отсекаете половину «телевизора», на-чальное и поддерживаемое приме-нение ума (Витакка и Вичара). От Второй до Третьей Джханы и от Третьей до Четвертой вы отсекаете еще целую кучу всего от этого «телевизора». Вы отсекаете все больше и входите в Нематериальные По-гружения (Арупа Джханы). Вы продолжаете отсекать, пока не достигаете пре-кращения (Ниродха Са-мапатти), когда уже ничего не остается от этого последне-го «телевизора». Сознание исчезло. То, что знает, исчезло. Вы выходите из этого опыта и уже никак не можете упустить смысл. То, что мы считали реальным, проникающим и стабильным, то, что знает, – это мираж!

Иногда, когда я говорю об этом, люди пугаются, и этого стоит ожидать, пото-му что я ставлю под сомнение самое сердце того, кем, по их мнению, они есть. Ставлю это под сомнение до самых корней. Но представьте на мгновение, каково было бы не иметь личности. Не иметь личности значит, что все это счастье и страдание, эта боль и удовольствие, этот восторг и расстройство, которые воз-никают в уме, не будут вас больше беспокоить. Почему это должно нас заботить, если нет никого, кому бы при-надлежала боль или удовольствие, возникающие в теле? Расстройство, успех или провал – к чему нам беспокоиться об этом? Вы знаете, что это просто вещи, которые прибывают и убывают. Они не ваши. Неко-го винить и некого благодарить. Одобрение и осуждение – это мирские явления (Дхаммы). Будда сказал, что они ни к кому не относятся. Они просто относятся к природе.

Одобрение и осуждение здорово созерцать. Когда я был молод, я всегда как чумы пытался избежать обвинений и искал только похвал. Когда меня упрекали, я думал, что со мной что-то не так, поэтому я был довольно искусным, пытаясь понравиться другим. Но, несмотря на то, что я старался, как только мог, меня все равно обвиняли в вещах, которых я не делал. Я заметил, что меня точно так же и хвалили за вещи, которых я тоже не делал, но я никогда не жаловался на это. Мне было досадно, если кто-то ме-ня несправедливо обвинял. Я действительно заметил, сколько моей молодой жизни было потрачено на то, чтобы кому-то по-нравиться. Я пытался понравиться моим родителям, понравиться моим учителям в школе, понравиться моим друзьям или понравиться моей девушке. Позже я по-тратил столько времени, пытаясь понравиться Ачаану Чаа, понравиться Ачаану Сумедо, понравиться комитету по управлению Буддийского Общества Западной Австралии или понравиться монахам, которые оставались со мной. Сейчас меня не заботит, нравлюсь я кому-то или нет. Если для вас Ретрит Дождей был отвра-тительным, мне все равно. Ха! Ха! Это просто мирские Дхаммы, они ничего не могут со мной сделать. И точно так же я не несу никакой ответственности, если у вас все получилось. Все это одобрение и осу-ждение, ничего более. Разве это не чудесно, когда вы видите, что это не Ачаан Брам дает беседу? Вам не нужно беспокоиться о том, что сказано, и вам не нужно беспокоиться, пытаясь вдохно-вить людей. Это просто игра Дхамм, вот и все.

Свобода от страдания

Я пытаюсь сказать, что, когда кто-то реализует безличность или Анатту, – это большая свобода, возникающая из-за того, что всякая озабоченность, из-за которой вы страдаете, отпускается. Владыка Будда сказал, что когда есть лич-ность, есть вещи, которые ей принадлежат [MN, 22]. Есть моя репута-ция и то, что люди думают обо мне. Есть мое имущество; есть мое тело; есть мои мысли, мои представ-ления, мои взгляды и есть моя медитация. Все эти вещи, которые начи-наются со слова «мое», происхо-дят, когда у нас есть личность.

Представьте, что нет личности. Когда нет личности, нет сердца; нет меня и нет моего. Представьте, каково это – не иметь имущества. Я не просто говорю о физическом имуществе. Я не имею ввиду, что у вас просто нет хижины, нет ро-бы, нет денег, нет меда или сахара. Я говорю о том, что у вас нет тела, нет рук, нет головы, нет зубов; и у вас нет мыслей! Мысли есть, но они не ваши. У вас нет счастья и у вас нет страдания. Счастье и страдание приходят, но они ничего не могут с вами сделать. Здесь внутри никого нет. Представьте, каково это – не иметь ничего, по настоящему быть без имущества, уйти по пу-ти отказа намного глубже, чем вы прежде считали возможным. Вы не просто отрекаетесь от мир-ских вещей, вы также отрекаетесь от немирских вещей – от всех вещей, от лю-бой вещи! Выбрасываете всё до тех пор, пока буквально ничего не остается.

Представьте, что у вас абсолютно ничего нет: нет тела, нет ума, нет созна-ния. Все это просто при-надлежит природе. Вы возвращаете дела вашей жизни их законному собственнику. Природа владеет всем этим, не вы. Если бы вы могли это сделать, представьте себе, как бы вы были свободны. У вас бы не было аб-солютно никаких тревог и забот. Что бы ни случилось в мире, природа заботится об этом. Счастье, страдание, ясность, замешательство, что бы ни происходило – это просто игра природы. Вот почему Владыка Будда сказал, что когда нет лич-ности, тогда нет ничего, принадлежащего личности. Если нет ничего «моего», больше нет никакой жажды.

Почему вы хотите хвататься за вещи? Хвататься за счастье значит в то же время хвататься и за стра-дание. Люди безумны. Они хватаются и за похвалы, и за обвинения. Когда кто-то отчитывает вас, гово-рит вам, как вы глупы, вы хватае-тесь за это: «Я глупый! Почему они называют меня глупым? Я ведь на самом де-ле не глупый». И вы держитесь за это. Когда в теле боль, вы думаете: «Мне больно. Как это больно». Почему вы держитесь за это? Вы только заставляете себя страдать. Жажда, она не только к приятным вещам. Глупые люди будут страстно желать страдания! Они просто страстно желают чего угодно, потому что они пребывают в жажде. Это можно сравнить с тем, как кто-то идет в магазин и ре-шает что-нибудь купить независимо от того, понравится ему что-то или нет. Он купит даже мусор. Именно так выглядит жажда. Вы будете есть все что угодно, когда вы голодны, вы привяжетесь к чему угодно, когда вы глупы и пребываете в жажде, – даже к страданию. Все это потому, что глубоко внутри себя мы все еще думаем, что мы там есть. Поэтому нам хочется что-то делать, мы хотим что-то полу-чать и хотим чем-то владеть. Вся функция владения личностью, владения эго, в том, чтобы делать, об-ладать и иметь власть над нашими владениями. Большие эго этого мира любят быть премьер-министрами, президентами, коро-лями и королевами. Им нравится владеть многим и иметь как можно больше власти. Мера вашего эго – ваше желание власти над другими. Тот, у кого нет эго, не стремится к власти над другими.

Я вспоминаю некоторых великих монахов, которых я знал, Просветленных (Арахантов) Лесной Традиции. Иногда люди считают, что они внушали страх, по-тому что всегда говорили, что нужно де-лать. Но насколько я помню, они были та-кими мягкими и добрыми. Они освобождали вас, они вас не контролировали. Они отдавали вам, они никогда не пытались завладеть вами. Можно даже сказать, что вся цель учителя – это избавиться от учеников, а не собрать их как можно больше. Вот почему я пыта-юсь избавиться от каждого из вас, сделать вас про-светленными и свободными. В этом цель учителя, не владеть вами, а освобож-дать вас. Цель Учения (Дхаммы) ­– освобождать.

Неуправляемый автобус

Часто, когда вы начинаете глубоко исследовать безличность, наступает мо-мент, когда вам страшно идти дальше. Я не говорю об обычном страхе; я говорю о страхе, который проникает в то, что вы при-нимаете за свою самую «суть». Вы подвергаете сомнению все, что вы когда-либо думали о себе, вы под-рываете всю сущность вашего существования. Весь ваш смысл быть ставится под сомнение, когда вы представляете, каково бы это было, если бы там ничего не было. Если у вас есть отвага и вера, чтобы пройти сквозь этот страх и обнаружить, что то, чего вы боялись, было ничем, вы получите самый пре-красный дар – дар свободы. Дар окончания вещей, работы, которая завершена.

Годы назад я давал метафору «неуправляемого автобуса». Вы будто едете сквозь жизнь в автобусе и испытываете приятный и неприятный опыт. Вы думае-те, что это вы виноваты; или вы думаете, что ви-новат водитель. «Почему води-тель не едет по приятным местам и не остается там надолго? Почему он всегда едет там, где неприятная территория и остается надолго там?» Вы хотите нако-нец найти того, кто контролирует это путешествие, которое называется «моя жизнь». Почему так происходит, что вы переживаете столько боли и страданий? Вы хотите понять, где же водитель, водитель этих пяти сово-купностей (Кхандх): тела, чувства, восприятия, ментальности и сознания, – водитель вас. После того, как вы много медитировали и слушали Дхамму, вы, наконец, поднимаетесь туда, где находится сидение водителя, и оказывается, что оно пустое!

Это сперва шокирует вас, но, в то же время, это такое облегчение, когда вы знаете, что винить неко-го. Сколько людей обвиняют кого-то, когда страдают? Они обвиняют Бога, или своих родителей, или правительство, или погоду, или какие-то свои болезни, и как последнее прибежище, если они не могут найти ни-кого другого, они обвиняют себя. Это глупость. Винить некого! Посмотрите во-внутрь и увидьте, что он пустой, «неуправляемый автобус». Когда вы видите безличность (Анатта), вы видите, что некого винить, – это Анатта. В результате вы возвращаетесь на свое место и просто наслаждаетесь путешествием. Если это неуправляемый автобус, что еще вы можете сделать? Вы сидите на своем мес-те, когда едете через приятный опыт – «просто приятный опыт, вот и все». Вы едете через болезненный опыт – «просто болезненный опыт, вот и все». Это просто неуправляемый автобус. Вам кажется, что вы прошли какой-то путь в те-чение этих трех месяцев Ретрита Дождей, что ваш успех или провал, ваше сча-стье или страдание – это все благодаря вам. Вовсе нет, это просто природа. Вам некого винить и не-кого благодарить. Что бы ни случилось – это просто природа, поэтому перестаньте орать на водителя. Не ругайте водителя. Там никого нет, вы напрасно тратите силы. Просто сядьте на свое место и «оття-нитесь». Когда вам хорошо – развлекайтесь. Когда вам плохо – развлекайтесь. Когда вам некого винить, вы можете полностью насладиться путешествием. Такова метафора о неуправляемом автобусе.

Ответ такой: Ничего нет

Я вспоминаю одно из поучений Ачаана Чаа, которое он дал мне лично. Он приходил в наш мона-стырь в Ват Паа Наначат каждую неделю, потому что мы построили там для него сауну. Сауна оказа-лась весьма полезной, так как его здоровье в то время ослабело. Когда он приходил, это было здорово, потому что заодно он давал нам беседу. В тот день он пришел, чтобы дать беседу. Мы рас-топили сау-ну, и, когда она была готова, несколько монахов пошли ему помочь. Я тоже иногда помогал ему, а иной раз позволял другим людям помогать.

В тот раз, проведя очень вдохновляющую беседу со всеми западными мона-хами, он ушел в сауну, и я позволил другим монахам ухаживать за ним. Я пошел к задней стене зала, сел снаружи и погрузился в глубокую, умиротворенную ме-дитацию. Выйдя из медитации, я решил пойти проверить, как там Ачаан Чаа, и посмотреть, не нужно ли ему чем-то помочь. По дороге от зала к сауне я увидел, что он уже за-кончил и теперь шел в противоположном направлении с парой тай-ских мирян. Ачаан Чаа бросил на меня один только взгляд, увидел, что я только что был в глубокой медитации, и сказал: «Брахмавамсо, Почему?» Для меня это было полной неожиданностью, я очень смутился и ответил: «Я не знаю».

Потом он сказал: «Если кто-то задаст тебе когда-нибудь этот вопрос снова, правильный ответ такой: “Ничего нет”».

«Ты понимаешь?» – спросил меня Ачаан Чаа.

«Да», – сказал я.

«Нет, не понимаешь», – ответил он.

Так что, если вы будете задавать этот вопрос: Почему? Почему? Почему? – я вам только что дал на него ответ. Он прямо от великого мастера медитации, Ачаана Чаа. На вопрос: «Почему?» – ответ: «Ни-чего нет».

Он действительно был великим, Ачаан Чаа, и он был прав. Это навсегда ос-танется со мной: «Ниче-го нет». Это пустота. Нет делающего. Нет знающего, со-вершенно пусто! Чтобы суметь добраться до этой пустоты, вдохновляйте себя знанием того, что когда вы находите эту пустоту, она чудесна! Все Просветлен-ные, которых я знал, всегда были счастливыми; они никогда не жалели, что от-крыли, что там ничего нет. Ни один из них не сказал мне: «Лучше б я этого не от-крывал». Это освобождение, ко-гда вы видите, что там ничего нет. Не за что дер-жаться, а когда вы ни за что не держитесь, больше нет страдания.

Всякая жажда, всякая привязанность и всякая боль, возникающая из-за жаж-ды и привязанности, – все они происходят из иллюзии личности. Эта иллюзия личности создает ощущение «я» и ощущение «моего», всего того, что я хочу, всякое одобрение и осуждение, «я есть»-самомнение (Асмимана): «Я так же хо-рош, как и тот человек», «Я лучше», «Я хуже». Сколько среди вас тех, кто про-должает стра-дать, потому что сравнивает себя с кем-то другим? Вам не нужно себя ни с кем сравнивать. Вас нет!

Нет больше никакого сравнения, как только вы можете отбросить «себя». Вам даже не нужно вол-новаться о том, что люди думают о вас: потому что там нет никого, о ком можно было бы думать. Сколько страданий приходит из-за бес-покойства о том, что, по вашему мнению, другие люди думают о вас, особенно, что я думаю о вас, потому что я здесь учитель? Что я вас думаю? Я ничего о вас не ду-маю, потому что вас просто нет!

Отпустить всё

Другое сравнение, которым я люблю пользоваться, – о том, что, пока есть рука, вы будете продол-жать подбирать вещи. Это то, что делает рука. Если у вас есть рука и есть нос, вы будете время от вре-мени ковырять в носу, когда никто не смотрит. Когда нет руки, когда вы отрубили руку, тогда вы не бу-дете подби-рать вещи, которые создают вам страдание и которые создают бремя собствен-ности. Те из вас, кто начал свое отречение, понимают, что чем больше вы отка-зываетесь, тем свободнее вы себя чувствуете. Вы отказываетесь от своего дома, вы отказываетесь от своей машины, вы отказываетесь от своей собственности, вы отказываетесь от секса, отказываетесь от развлечений, вы отказываетесь от всех этих вещей и обнаруживаете, что чем больше вы отказываетесь, тем боль-ше вы освобождены. Как человек, который несет за спиной большой рюкзак с камнями, начинает понимать, что ему вовсе не обя-зательно нести все это. Так, путешествуя на гору к Ниббане, вы все время выбрасываете вещи: выбра-сывае-те всё, чем владеете, выбрасываете свое тело, выбрасываете свои мысли, вы-брасываете свои бес-покойства и выбрасываете иллюзию своей личности. Делая последние шаги к вершине горы, вы выбра-сываете «делающего», следом отбра-сываете «знающего». И тогда ничего не остается. Когда ничего не остается, то-гда человек свободен. Когда мы говорим, что это путь отречения, мы действи-тельно имеем ввиду отречение. Когда мы говорим, это путь отпускания, – это действительно отпускание всего. Не ос-тавляйте даже малейшей вещи.

Конец

У вас есть мужество сделать это? Действительно имеет смысл стать Про-светленным. Это то, что можно порекомендовать. Разве вы не хотите стать Про-светленными? Разве вы не хотите быть свобод-ными от всего этого? Разве вам не достаточно самсары? Не хватит ли с вас походов на работу? Не хва-тит ли с вас этого тела, и боли, и походов к докторам, и детей, и беспокойства о том, сча-стливы вы или печальны, и всех этих мыслей, что бегут в вашем уме и создают проблемы и сложности? Одна минута счастья, и следом минута печали. Разве у вас не достаточно было всего этого?

Медитируйте! Сделайте ум неподвижным! Смотрите на то, что мы называем умом, позвольте лото-су открыться, и увидьте самую прекрасную драгоценность, которая только может быть – ничто. Нет ни-чего лучше, чем ничто, и нет драго-ценности большей, чем Дхамма.

Ачаан Брахмавамсо
Перт, Западная Австралия
Это отредактированная версия последней беседы Ретрита Дождей 1999 года в Монастыре Бодхиньяна, Западная Австралия. Перевел с английского А.Б. Яремчишин, 2003. Оригинал текста находится на сайте Буддийского Общества Западной Австралии.