Медитация 1-6 главы
Тханиссаро Бхиккху

тексты распространяются по лицензии Creative Commons Attribution-NonCommercial 4.0, как просит Дост. Тханиссаро Бхиккху
перевод — ae

Рассудительность или осуждение?
Созерцание тела
Медитативная жизнь
Возвышенные состояния
Незрелая практика
Социофобия
Глупое отношение к удовольствию
Вкус и реальность
В усилии — радость
Нравственность как условие практики

Рассудительность или осуждение?

Одно из самых трудных, но необходимых при освоении медитации умений — это способность быть рассудительным, но не осуждающим. И в качестве предварительного шага при развитии этого умения, полезно поразмыслить о различиях этих двух качеств.

Быть осуждающим — это, обычно, пытаться избавиться от чего-то, чего мы не понимаем и, возможно, не хотим понимать. Мы видим нечто, что нам не нравится и пытаемся отделаться от этого, устранить это, не уделяя времени тому, чтобы это понять. Мы нетерпеливы. К чему бы мы ни относились осуждающе, мы просто хотим побыстрее от этого избавиться.

С другой стороны, рассудительность требует терпения и понимания. А рассудительный выбор мы делаем после того, как поняли все варианты, все стороны вопроса. Такой выбор основывается на знании, а не на жадности, отвращении или заблуждении.

Именно поэтому Будда, анализируя четыре истины, говорит, что наша задача по отношению к первой истине, — истине страдания и мучения, — состоит в том, чтобы постичь её. Слишком часто мы относимся к боли так же, как ко всему, что нам не нравится. Мы хотим избавиться от неё как можно быстрее, не уделяя времени тому, чтобы её понять. Поэтому в ходе совершенствования, мы учимся как раз не быть осуждающими по отношению к тем внутренним явлениям, которые нам не нравятся. Мы развиваем терпение и умение остановиться и пристально вглядеться в эти явления, потому что так мы можем разобраться с ними рассудительно, так мы можем разобраться с ними на основе понимания. Мы даём им место, чтобы можно было наблюдать их, понимать их настолько, чтобы, когда придёт время принять окончательное решение о том, что они неумелы, что нам не нужно, чтобы они происходили в наших умах, мы могли избавиться от них аккуратно, эффективно.

Проблема осуждающего отношения состоит в том, что оно не эффективно. Мы пытаемся устранить явления тут, а они появляются где-то в другом месте, как в том старом фильме — «Нечто». Нечто уйдёт под землю и внезапно появится где-то ещё. Если вы отрубите одну голову, уничтожите одну сущность здесь, её подземные корни и щупальца взрастят новую, возможно ещё более ужасную сущность где-то в другом месте. Это же происходит, когда мы пытаемся избавиться от чего-то в своём уме, если мы не понимаем корни этого явления, не понимаем, откуда оно взялось.

Рассудительность более эффективна. Более точна. Мы видим, что в уме является действительно умелым и действительно неумелым, и мы учимся отделять одно от другого. Часто наши умелые и неумелые привычки переплетены друг с другом. То, что нам в себе не нравится, может быть отчасти благотворным, но мы этого не замечаем. Вместо этого, мы обращаем внимание только на то, что нам не нравится или на то, что нас пугает, и в конце концов мы пытаемся истребить всё сразу — плохое вместе с хорошим.

Но ведь для того мы и занимаемся медитацией, — чтобы чуть отстраниться и терпеливо отслеживаться явления, чтобы увидеть их такими, какие они есть и эффективно решить связанные с ними проблемы. Собранность ума даёт нам средоточие внимания, где мы можем покоиться с большим удобством, где явления пугают нас не так сильно. Когда мы меньше напуганы и удручены, мы достаточно устойчивы, чтобы быть более терпеливыми, чтобы наблюдать происходящее в уме и развивать правильное отношение к умелому и неумелому.

Именно тут в дело вступают четыре возвышенных состояния. Где-то в семидесятых я читал книгу о буддизме, где автор пытался организовать весь материал вокруг четырех благородных истин, но никак не мог увязать ними четыре возвышенных состояния. Они как будто не имели точек соприкосновения друг с другом, поэтому дело кончилось тем, что автор рассматривал их как совершенно отдельную тему. Но на самом деле четыре возвышенных состояния лежат в основе всего совершенствования. Они являются причиной того, что Будда сосредоточил свои наставления на четырех благородных истинах. Доброжелательность нужна, чтобы вообще заинтересоваться вопросом понимания страдания, — вы хотите найти эффективный способ справиться с ним. Вы хотите избавиться от страдания и испытывать благополучие именно потому, что у вас есть доброжелательность по отношению к себе и к окружающим людям. Поэтому, осваивая искусство медитации, мы стараемся использовать это отношение, это желание, как подспорье при развития средоточия внимания, которое необходимо нам для работы над построением благополучия. Если у вас нет этого первичного чувства доброжелательности, вам будет трудновато прилагать усилия, необходимые для освоения собранности ума, а также отслеживать дыхание и возвращаться к дыханию, несмотря на многочисленные отвлечения.

Возможно, вам хочется продвинуться от обуздания ума к следующим этапам. Вы ждёте, что сядете медитировать, и тут — бац, вот она, первая джхана. Но когда это не случается так быстро, вы чувствуете досаду. Отстранитесь от досады. Отстранитесь от всей своей гордости и от её обратной стороны — стыда. Просто отстранитесь от них и напомните себе, что всё так, как есть, таковы ваши обстоятельства, и будьте готовы возвращаться, возвращаться, продолжать выполнять свою простую задачу. Особенность людей, овладевших каким-либо умением, состоит в том, что они готовы отступить и достигать мастерства в базовых навыках, тренировать их снова и снова, ведь именно выполняя простые шаги и оставаясь наблюдательными, можно получить наиболее важные уроки.

Выполнение простых шагов — это не просто механический процесс, через который вам нужно прорваться как можно быстрее. Вы должны уделять внимание своим действиям, даже когда дела идут не очень хорошо. Обращайте внимание, как ум ускользает, обращайте внимание, как вы возвращаете его, и уже одно только это научит вас очень многому. В основе всей этой деятельности должна лежать доброжелательность. Если вы чувствуете досаду, вспомните, что вы занимаетесь всем этим из доброжелательности, а не ради досады, не ради того, чтобы отыскать новый повод обвинять себя и не ради того, чтобы что-либо осуждать. Вы здесь ради доброжелательности, ради того, чтобы дать уму место, где он может остановиться и расслабиться.

Развивайте сострадание по отношению к себе. Подумайте обо всём том страдании, которое вы могли бы причинить себе, если бы не медитировали. Подумайте обо всём том страдании, которое вы могли бы причинить другим, если бы не медитировали. Это помогает вам вспомнить, что даже когда медитация проходит не так уж хорошо, всё равно это гораздо лучше, чем многое из того, чем обычно занимаются люди. Вы проводите время с пользой.

Далее, развивайте отношение сорадования — признание счастья, которое вы можете развить в ходе совершенствования, признание счастья других людей. Из всех четырёх возвышенных состояний, о сорадовании говорят меньше всего. И часто его труднее всего развить. В наших головах как будто звучат голоса, возмущённые счастьем — счастьем других людей. Или, если других людей возмущает наше счастье, бывает, мы каким-то образом подхватываем их голоса и начинаем сомневаться даже в собственном счастье. Но мы должны противодействовать таким голосам, осознавая, что счастье — это нормально. Оно возникает от наших собственных действий. Если счастье, которое кто-либо испытывает сейчас, не кажется заслуженным с точки зрения его текущих действий, то это счастье следует отнести на счёт его прошлых поступков. При этом, напоминайте себе, что негодование не помогает ни вам, ни кому-либо другому. Иногда кажется несправедливым, когда одни люди счастливы, а другие — нет. Но сейчас просто отстранитесь от справедливости и несправедливости. Когда ум ощущает благополучие, учитесь признавать это благополучие. Ему найдётся применение.

Многие люди становятся самодовольными, когда испытывают счастье, это одна из причин того, что поиск счастья часто считают эгоистичным. Люди, наслаждающиеся властью, красотой или благосостоянием, обычно становятся самодовольными, и в результате начинают действовать очень неумело. Но если вы относитесь к счастью так, как те, кто следует наставлениям Будды, счастью находится применение. Это качество ума, когда оно правильно использовано, приносит умиротворение. В любом случае, в основе собранности ума, к которой мы стремимся в тренировке, должно лежать благополучие. Иначе ум не сможет находиться в этом состоянии. В ощущении благополучия нет ничего плохого, если вы учитесь использовать это чувство правильно, без самодовольства.

В течение всех тех лет, когда перед своим Пробуждением Будда занимался в лесах аскетизмом, у него было очень нездоровое отношение к счастью. Он боялся его. Он боялся удовольствия, боялся, что оно принесёт вред уму. Только тщательно изучив ощущение удовольствия в джхане, и осознав, что бояться в нём нечего, что в удовольствии такого рода нет недостатков, он смог всецело посвятить себя тренировке в джханах.

Полезно помнить, что какие бы проблемы ни возникали в ходе нашего совершенствования, Будда тоже проходил через них. Дело не в том, что с нами происходит что-то особенное. Это обычные человеческие склонности. Будда был человеком и тоже должен был преодолеть человеческие склонности. Поэтому мы в хорошей компании. У нас есть его пример, показывающий, что их можно преодолеть и дающий уверенность в том, что мы имеем всё необходимое, чтобы это сделать.

Наконец, безмятежное наблюдение, — оно полезно во многих отношениях. Когда мы занимаемся медитацией, и результаты не возникают так быстро, как нам хотелось бы, безмятежность учит нас терпению. Она напоминает нам, что в соответствии с принципом кармы, результаты часто требуют времени. Если вы работаете над чем-то, требующим времени, старайтесь развить безмятежность. С ней проще быть терпеливым. Поймите, что дела не обязательно должны сразу же идти так, как вам хочется. Когда вы готовы признать ситуацию такой, какая она есть на самом деле, вы можете действовать в ней более эффективно. Опять же, это вопрос терпеливости, — чтобы понять, что же действительно происходит, нужно время.

Итак, когда мы работаем с возвышенными состояниями и применяем их в медитации, оказываемся, что они создают ощущение терпеливости, ощущение благополучия, дают способность работать над задачей, которая требует времени. Иногда кажется, что тренировка требует снова и снова бездумно делать одно и то же, — просто возвращать ум к дыханию, возвращать ум к дыханию. Зачем? Не спрашивайте об этом прямо сейчас, просто возвращайте ум обратно к дыханию. Но будьте наблюдательны, когда делаете это, ведь когда вы замечаете, что ум ускользает, вы можете научиться очень интересным вещам. Однажды вы начнете замечать, как ум приходит в движение, и вы сможете решить, следовать за ним или нет. Когда вы поймаете себя на этом, отслеживать дыхание станет гораздо легче, ведь вы получили важный урок о том, как отслеживать движения ума.

Этот же принцип применяется, когда вы возвращаете ум к предмету медитации, когда понимаете, что он ускользнул. Как же вы возвращаете его обратно, — рассудительно или осуждающе? Если вы выясняете, что действуете осуждающе, можете ли вы найти другой способ просто вернуть ум обратно? Просто как ни в чём не бывало вернуть его обратно и оставить там? Даже сам этот простой процесс может дать вам множество уроков о различии рассудительного и осуждающего отношения. Вы стараетесь понять, стараетесь увидеть систему, чтобы научиться управлять умом, вы пытаетесь создать ощущение эффективного контроля над ситуацией.

Обычно фанатики контроля приобретают плохую репутацию, потому что они неэффективны. Они ведут себя не рассудительно, а осуждающе, когда пытаются контролировать. На самом деле, контроль это не плохо. Но, как и в случае рассудительности, его нужно осуществлять умело. А это требует времени, требует способности быть наблюдательным. Отслеживайте свои действия, отслеживайте результаты. Если что-то не получается, признавайте это обстоятельство и пробуйте действовать иначе. Когда вы так поступаете, становится всё легче видеть разницу между рассудительностью и осуждением. В то же время, вы начинаете получать от медитации лучшие результаты, потому что вы уделили время отслеживанию, наблюдению, пониманию происходящего.

Одна из главных проблем современного мира состоит в том, что людям не хватает времени. Если они медитируют, они хотят впихнуть как можно больше медитации в каждую свою свободную минуту и секунду. Конечно, это только усугубляет проблему осуждающего отношения. Поэтому не забывайте, что медитация — это долгосрочный проект. Когда вы понимаете, что нужен долгий промежуток времени, становится гораздо проще расслабиться и очень тщательно прорабатывать основные шаги. Это как осваивать какой-либо навык. Если однажды вечером вы решите приобрести все навыки, необходимые для игры в теннис, дело кончится тем, что вы всё будете делать очень небрежно и не получите желаемых результатов. Но если вы понимаете, что это потребует времени, вы можете прорабатывать эти навыки один за другим. Как вы следите за мячом? Как сильно вы замахиваетесь? Дотошно разбирайте каждый навык на составные шаги и будьте готовы постепенно прорабатывать их один за другим, чтобы всем нутром понять их. Тогда, когда дело дойдёт до принятия решений, это будут рассудительные решения, а не осуждающие, и вы получите результаты, к которым стремитесь.

Созерцание тела

Люди сильно сопротивляются использованию созерцания тела в качестве темы медитации. Одни сетуют, что у них и без того сформировался отрицательный образ тела, так зачем же им сосредотачиваться на отрицательных сторонах тела? Другие говорят, что созерцание тела поощряет отвращение к телу, а ведь это нездоровое состояние ума. Третьи утверждают, что они не так уж сильно привязаны к своим телам, так зачем же им обращать внимание на тело? Или они ссылаются на историю о том, как Будда посоветовал монахам созерцать тело, а сам удалился в лес на пару месяцев. Монахи почувствовали такое отвращение к своим телам, что начали совершать самоубийства, а некоторые наняли убийц, чтобы те их прикончили. Когда Будда вернулся из леса, он обнаружил, что сообщество монахов стало значительно меньше, чем раньше, поэтому он созвал оставшихся монахов и велел им перейти к медитации дыхания. Некоторые упоминают это, как доказательство того, что созерцание тела — это нездоровая практика.

Тем не менее, сам факт того, что люди так сильно сопротивляются этой медитации, показывает, как она важна. Она так страшна из-за того, что затрагивает самую основу нашей привязанности. Ни к чем в мире мы не привязаны сильнее, чем к своим телам. Именно поэтому у людей столько отговорок, чтобы не обращать на это внимание.

А что случится, если не обращать на это внимания? Вы продолжите поддерживать глубокую привязанность к телу. Она не пройдёт сама собой. Некоторые думают, что процесс избавления от привязанности можно упростить, перейдя напрямую к работе с ощущением «себя», считают, что раз они отсекают ощущение себя, им не нужно заниматься созерцанием тела, ведь они работают глубже, напрямую с корнем. Но привязанность похожа на вьющееся растение: невозможно найти его корень, пока не возьмешься за ближайший побег и не пройдёшь по нему к самому началу. Нельзя действительно добраться до корня привязанности к себе, пока не заметишь, где находится самая очевидная, каждодневная, ежеминутная привязанность: она прямо здесь — в теле. Чуть что случится с телом, — и это не выдержать. Малейший голод, малейшая жажда, жара или холод, — всё это обращает вас в бегство. Малейшие признаки болезни, — и вы спешите за лекарством. Что это, если не привязанность?

Итак, важно искать прямо здесь. Иначе мы останемся привязаны к страданию, которое приносит нам тело. Общеизвестно, что оно стареет, заболевает и умирает. Если вы не считаете, что это станет страданием, проведите немного времени с очень старыми людьми, с очень больными людьми, с умирающими людьми. Посмотрите, как сильно они страдают. Две недели назад, когда я навещал отца, я каждый день помогал переворачивать его, чтобы моя мачеха могла сменить ему бельё. Пока она этим занимается, я мог видеть, как выглядит старое тело с пролежнями, как это старое тело работает и как оно не работает, сколько страдания оно приносит не только своему обладателю, но и тем, кто о нём заботится, когда оно беспомощно. А ещё я видел, что значит на старости лет остаться с нетренированным умом. В эту пору ум совершенно неуправляем, потому что тело слабеет, силы убывают. Любые случайные мысли полностью овладевают умом, если не развита способность им противостоять.

Приходит время унижений, связанных со старостью. Человеческое тело как будто специально устроено так, чтобы перечеркнуть любое чувство собственного достоинства, которое мы могли испытывать. Другие люди вас подтирают, другие люди вас ворочают, насколько бы вы ни привыкли к личной неприкосновенности — можете с ней распрощаться. Вы не можете управлять мочеиспусканием, не можете управлять опорожнением кишечника. Всё выходит из под контроля. Полезно наблюдать это, но не чтобы выработать отвращение, а чтобы понять, что такое состояние тела универсально, и развить чувство samvega, осознав, как много усилий нужно для поддержания тела, и каков конечный результат всех этих усилий. Если вы искали здесь счастья, вы искали не там, где нужно. Вот для чего предназначено это созерцание. Если вы не учитесь избавляться от привязанности сейчас, пока вы ещё здоровы и полны сил, по мере того, как тело слабеет, по мере того, как тело стареет, заниматься этим будет всё труднее и труднее.

Поэтому нужно развивать чувство pasada, чувство доверия к созерцанию тела. Единственный способ преодолеть привязанность к телу, — очень, очень тщательно отслеживать его. Мы привязаны как раз из-за недостаточной тщательности в отслеживании. Для этого есть созерцание 32 частей тела, созерцание тела с точки зрения четырех элементов, из которых оно слагается. С чем вы здесь имеете дело? Просто с физическими элементами. Ветер, или энергия. Огонь, теплота. Вода, прохлада. И земля, твёрдость. Принадлежат ли они вам? Нет, всё это части мира. Как говорится, «пепел к пеплу, прах к праху». Пока мы живы, мы втягиваем элементы в процессе питания и выталкиваем элементы, испражняясь, а потом всё это прекращается, всё распадается на первоначальные элементы, когда мы умираем. Как же в этом можно найти подлинное счастье? Несмотря на все усилия, не изменит ли вам тело? Иногда оно верно вам служит, но чаще всего — нет. Оно не просит разрешения, чтобы начать стареть, болеть и умирать. После всех приложенных усилий вы могли бы ожидать от тела хоть немного благодарности, но благодарности не будет. Она не свойственна телу.

Мы сами оживляем всё это. Один из образов тела в Каноне — образ марионетки. Какое-то время мы дёргаем за ниточки, а потом они обрываются, всё распадается на части. Полезно развивать бесстрастие и разочарование по отношению к телу, полезно развивать чувство samvega, чтобы когда всё рушится, это не сломило и нас заодно.

Мы так часто декламируем сутту о 32 частях тела, что это происходит уже почти автоматически. Это можно делать, даже не задумываясь о том, что вы произносите, поэтому остановитесь и обратите внимание на каждую из 32 частей, на каждую по очереди. Остановитесь и представьте каждую часть тела из списка. Начните с волос на голове, волос на теле, ногтей, зубов, кожи, мышц. Представляя каждую часть, постарайтесь почувствовать, где именно в теле она находится. Когда добираешься до кожи, понимаешь, что ей окружено всё тело. Повсюду вокруг тебя кожа, со всех сторон. Всюду напичкано мясо, а в самой основе — кости. Пройдитесь по разным частям тела, пока не найдётся та, которая вас поразит, действительно заденет за живое. Напоминайте себе: «Да, такое в этом теле тоже есть». Действительно поражает, насколько это несуразно. В вас 24 часа в сутки есть печень, желчный пузырь, толстая кишка. Вы всё время носите эту штуковину с собой. «Эта штуковина» — это та часть тела, которая позволяет вам почувствовать, как нелепо или безобразно, или нечисто, или странно это тело; какая часть тела тронет вас подобным образом, ту и полезно созерцать. Вы так ухаживаете за телом, так о нём заботитесь, — и вот всё, чем вы можете похвастаться в результате своих усилий.

Мы не придираемся к телу, мы просто отслеживаем его таким, какое оно есть. По большому счёту, нужно научиться использовать тело просто как инструмент, без привязанности. Но чтобы противодействовать привязанности, нужно многое сделать и в другом направлении, преодолевая весь этот ажиотаж, все эти трескучие рекламные слоганы о теле, в верности которых мы привыкли себя убеждать, — о том, как оно важно, как оно ценно, о том, как полезно о нём тщательно заботиться, заниматься всякой йогой, упражняться, есть только правильную пищу. Можно всем этим заниматься, но всё равно тело будет стареть, болеть и умирать.

Когда люди начинали ощущать свет внутри тела, ачан Фуанг учил их представлять самих себя в этом свете. Иногда это получалось у них даже непроизвольно. В свете просто сам собой возникал образ. Они могли увидеть, что сидят прямо напротив себя. Тогда ачан Фуанг говорил: «Ладно, представьте, как это тело будет выглядеть через пять лет, через десять, пятнадцать, двадцать лет и так далее до самой смерти. Как оно будет выглядеть после смерти? Побудьте с ним два, три, четыре, пять дней. Как оно тогда будет выглядеть? Через неделю пора его кремировать. Смотрите на пламя погребального костра. Что останется потом? Всего лишь немного праха и костей, и с течением времени даже кости в конце концов превратятся в прах. Останется только горстка пыли. А потом и её развеет.» Потом он велел им пройти всё в обратной последовательности, собрать всё как было вплоть до возвращения к настоящему моменту, и заново прочувствовать, что всё, чем они сейчас обладают, неминуемо катится в том направлении, которое они только что наблюдали.

Польза такого созерцания в том, что оно помогает преодолеть даже малейшие заблуждения относительно тела, если такие имеются. Стремление к идеальному телу, любые мысли вроде «пусть другие стареют, а я будут заниматься йогой, я буду правильно питаться, и не постарею так быстро, как они», — вы понимаете, как это невежественно и тщетно. Это призывает вас не перестать заботиться о своём теле, а просто выслеживать любое заблуждение относительно тела, которое может возникнуть, чтобы к приходу старости, болезни и смерти вы были лучше подготовлены.

В качестве довода в пользу такого созерцания можно спросить себя: Приближаются старость, болезнь и смерть, — достиг ли ты состояния ума, которое будет свободно от страдания, когда они тебя настигнут? Если не достиг, сколько времени у тебя осталось? Ты не знаешь. Так приступай прямо сейчас. Вспоминайте об этом, когда возникает порыв прервать медитацию. Сколько ещё времени у вас осталось для медитации? Достигли ли вы того, что хотели? Как ни крути, всем нам придёт конец. Старость, болезнь и смерть, — вот к чему всё идёт. Нужно быть готовым к этому. Иначе в старости останется только лежать в кровати и галлюцинировать, — видеть подозрительных собак по углам, видеть людей, совершающих самоубийства во дворе, — потому что вам не под силу осознавать факт старости, факт приближения смерти, ум с этим не справляется. Он начинает это блокировать. А когда он это блокирует, он погружается в заблуждения. Он изо всех сил старается удрать от неприятностей, но от них не сбежать. Они уже здесь. Вы оказались в ловушке. Единственный выход из этой ловушки, — докопаться до привязанностей ума и искоренить их. Только это даёт надежду.

Когда Будда указывает на отрицательную сторону явлений, он никогда на этом не останавливается. Он делает это, чтобы направить вас к Бессмертному. Чтобы предостеречь и напомнить: вот так всё устроено, что вы будете делать, чтобы остаться счастливыми перед лицом таких обстоятельств? В такое время только Бессмертное может дать вам надежное убежище. Мы предпочитаем думать, что момент завершения жизни будет счастливым, — все хвосты подтянутся, все проблемы уладятся, как в конце фильма или книги, но всё будет не так. Всё просто расшатывается и разваливается. Ничто не встаёт на свои места и не разрешается само собой. Когда в конце жизни всё расползается в разные стороны, наступает полный разлад. Вот так телу приходит конец.

Остаётся вопрос: поведёт ли себя ум точно так же? У нас есть выбор. Практика, — вот наша возможность. Итак мы созерцаем неприглядную сторону тела, чтобы развить чувство samvega, которое поддерживает нас в практике и призывает копать глубже. Как говорил Будда, памятование, погруженное в тело, в конечном итоге ведёт к Бессмертному, если вы действуете правильно. Если вы действуете неправильно и развиваете отвращение, как монахи в той истории, тогда, — как им советовал Будда, — возвращайтесь к дыханию. Это поможет развеять отвращение точно так же, как первый дождь сезона дождей очищает воздух от всей той пыли, которая поднялась во время жаркого сезона.

Но это не значит, что вы прекращаете заниматься созерцанием тела. Это значит, что вы учитесь выполнять его умело, — так, чтобы его неизменно сопровождало чувство samvega, чтобы оно поддерживало чувство pasada любым способом, который позволяет почувствовать себя хоть немного свободнее, даёт избавление. Чтобы, как сказано в суттах, вы были счастливы даже болея, даже старея, даже умирая. Но поскольку наша привязанность к телу так сильна, мы нуждаемся в сильнодействующем средстве, чтобы противодействовать ей. Созерцание тела это не нечто такое, чем вы занимаетесь время от времени. Его нужно выполнять постоянно. Нужно постоянно возвращаться к этой теме, поскольку это единственное, что сохранит в вас здравомыслие, единственное, что даст вам подлинное освобождение.

Если вы обнаруживаете в себе сопротивление этой практике, исследуйте это сопротивление, чтобы понять, чем именно оно является. Обычно это замаскированная привязанность. Тело — это не проблема, проблема — это привязанность, но чтобы разобраться с привязанностью, вам нужно обратить внимание на предмет, где эта привязанность крепко засела. Когда вы действительно его исследуете, вы видите, что в теле нет ничего особенного, оно не так уж ценно, и всё равно привязанность выстраивает на основе тела так много желаний, так много историй.

Итак, этот предмет медитации нужно постоянно держать под рукой, ведь и привязанности, связанные с телом, так или иначе проявляются постоянно. Вам нужно быть готовыми к этому, держать их под контролем. Когда тело ослабеет тут, ослабеет там, в нём проявится одна болезнь, другая, — вы будете к этому готовы.

В Таиланде есть традиция издавать книги в память о покойных, и в начале каждой такой книги обычно есть краткая биография человека, которому посвящаются заслуги. Большинство лучших книг о Дхамме в Таиланде напечатаны в память о покойных, и когда вы читаете эти книги, вы волей-неволей просматриваете эти биографии. Все они следуют одному сценарию. У человека всё было нормально, он жил счастливо, имел жену, мужа, детей — всё такое. Потом, через какое время у него или неё начинал развиваться какой-нибудь недуг, может быть небольшая проблема с почками, печенью, может быть проблема с сердцем. Поначалу это не казалось серьезным, лечение помогало, но дальше болезнь приобретала хроническое течение, вызывала всё больше и больше проблем, и под конец врачи уже ничего не могли сделать. Им оставалось только признать своё поражение, и хоть они старались изо всех сил, человек умирал.

В этом есть ирония, человеческий ум предпочитает считать: «Ладно, это у них так. А я не такой.» Но вы ничем не отличаетесь. Взгляните на себя, взгляните на окружающих людей. Какая болезнь сразит человека рядом с вами? Какая болезнь сразит человека, который сидит вон там? Какую болезнь, которая в конце концов сделает это, они уже носят в себе? Какая болезнь есть у вас? Уже есть такая возможность, болезнь делает своё дело.

Одно из созерцаний, которое я часто выполнял в Бангкоке, когда ездил на автобусе, было таким: я напоминал себе: «Всех людей в этом автобусе ожидают похороны. Этого человека похоронят, того похоронят, и вон того похоронят. Никого это не минует. И меня тоже». И что забавно, можно было бы подумать, что мысли такого рода пессимистичны или грустны, но это не так. Они освобождают. Всё уравнивают. Вас перестают связывать мелочи вроде симпатии к тому человеку или неприязни к другому, тревоги о той или иной проблеме в вашей жизни. Вы знаете, что всё это закончится со смертью. И это освобождает ваше внимание, чтобы его можно было направить на действительно важные вещи, на саму проблему привязанности.

Старайтесь рассматривать эту практику как освобождающую, ведь такая она и есть. Если вы признаёте этот факт, оказывается, что она помогает вам двигаться всё дальше и дальше. Если у вас правильное отношение к созерцанию тела, вы далеко продвинетесь. Оно может дать свободу даже во время старения, болезни и смерти, даже посреди всех унижений, мучений и проблем старения, болезни и смерти, ведь она направляет вас в нужную сторону, — к той части ума, которая свободна.

В нашу последнюю встречу с ачаном Суватом, незадолго до его смерти, он упоминал, что его мозг начинает работать с перебоями, из-за чего проявляются разнообразные причуды восприятия. Но он продолжил: «Но то, что я наработал в медитации, не изменилось; это всё ещё при мне», — вот почему страдания тела не отягощали его ум, вот почему причуды восприятия, созданные мозгом, не могли его обмануть. Он показал, что возможно не страдать в процессе болезни и умирания. И если нечто такое возможно, действительно нужно приложить все усилия в этом направлении. Как было сказано, не стоит становиться человеком, который впоследствии жалеет, что не воспользовался возможностью практиковать, пока был здоров и полон сил.

Медитативная жизнь

Часто мы предпочитаем думать, что если просто добавить медитацию в свой распорядок дня, воздействие медитации затронет всё в нашей жизни, и нам не придётся делать ещё что-либо сверх этого. Просто добавляем медитацию в свою жизнь, и все её составляющие преображаются — так нам нравится думать, но на самом деле всё происходит иначе. Вы должны изменить свою жизнь, чтобы она стала подходящей для того, чтобы быть пронизанной медитацией, ведь некоторые виды деятельности и состояния ума мало похожи на плодородную почву. Они скорее как камни. Они совсем не восприимчивы к влиянию медитации.

Именно поэтому, когда вы осваиваете искусство медитации, вы также должны обратить внимание на то, как вы живёте, на свои повседневные занятия. Удостоверьтесь, что вы создаёте условия, благоприятствующие росту и развитию медитации. Ведь иначе медитации придётся протискиваться в редкие трещины камней, и маловероятно, что она вообще куда-нибудь проникнет.

В Каноне есть наставление о пяти принципах, которые следует помнить начинающим монахам. Эти принципы применяются не только к монахам, но и ко всем, кто хочет жить жизнью, пронизанной и насыщенной медитацией.

Первый принцип — нравственность. Обязательно соблюдайте правила. В случае монахов, это относится к Патимоккхе. В случае мирян это относится к соблюдению пяти правил и, временами, — восьми. Когда вы соблюдаете правила, в вашей жизни появляются твёрдые принципы. Будда описывал соблюдение правил, как дар, который получаете и вы, и окружающие вас люди. Вы дарите другим людям защиту их жизни, их собственности, защиту их знания истины. Вы защищаете их от вашей опьянённости и от вовлечённости в беззаконные половые отношения. Когда эти принципы становятся обетами, то есть обещаниями, которым вы следуете в любых обстоятельствах, — как говорит Будда, вы даруете безграничную защиту, безграничную безопасность другим существам, и вы сами получаете свою часть такой защиты, такой безопасности.

Итак, правила создают более безопасную обстановку. Чем безопаснее, тем легче медитировать. В то же время, правила способствуют развитию готовности быть щедрым. Вы осознаёте, что ради собственного счастья, вы должны что-то отдавать. Когда вы поддерживаете такую готовность, оказывается, что вам проще медитировать. Люди слишком часто приходят к медитации с вопросом «Что я могу от этого получить?» Но если вы привыкли отдавать и видеть благоприятные результаты даяния, более вероятно, что вы спросите: «Что я могу отдать медитации? Какими своими потребностями я могу пожертвовать ради медитации? Какими потребностями я могу пожертвовать ради будущих благоприятных результатов?» С таким отношением, вы с большей готовностью сможете отдавать время и силы видам деятельности, которыми раньше, может быть, и не хотели заниматься.

Второй принцип создания благоприятных условий для медитации — это охрана чувств. Другими словами, вы проявляете осмотрительность не только по отношению к тому, что исходит из вашего ума, но и по отношению к тому, что в него проникает — к явлениям, которые вы видите, слышите, обоняете, пробуете на вкус, осязаете, а также к явлениям, о которых вы думаете. Быть осмотрительным, значит не задерживать внимание на явлениях, которые приводят к возникновению жадности, злобы или неведения. Если вы неосторожно смотрите или неосторожно слушаете, проявлять осмотрительность по отношению к мыслям будет очень трудно, ведь мысли ещё более тонки.

Охрана чувств не означает, что вы надеваете на глаза шоры или затыкаете уши; она означает, что вы умело смотрите, умело слушаете. Если вам известно, что нечто обычно вызывает вожделение или злость, учитесь смотреть на это так, чтобы противодействовать вожделению, противодействовать злости. То есть, если что-то кажется привлекательным, взгляните на непривлекательную сторону этого явления. Если что-то кажется непривлекательным, взгляните на привлекательную сторону. Как говорил Ачан Ли, нужно быть человеком с двумя глазами, а не с одним.

Вот почему мы декламируем тот отрывок о созерцании тела. В нём не говорится, что мы не должны смотреть на тело; в нём говорится, что мы должны смотреть на тело внимательнее. Должны видеть непривлекательные части тела, чтобы уравновесить одностороннее видение, суть которого в удержании внимания на отдельных привлекательных подробностях тела. Притом это видение обычно затмевает собой всё остальное, чтобы смогло возникнуть вожделение. Всё-таки не тело порождает вожделение. Его порождает ум. Ум, стремясь ощутить вожделение, ищет то, что может его распалить, и он хватается за любые незначительные подробности, какие только может отыскать, даже если эти подробности окружены всевозможными нечистотами.

Итак, следите за тем, что исходит из ума и за тем, что в него проникает. Для мирян это означает проявление осмотрительности при общении с друзьями, чтении журналов, просмотре телепередач, прослушивании музыки. Будьте очень осмотрительны по отношению к тому, как вы смотрите, как вы слушаете. Через какое-то время, вы обнаружите, что дело не столько в том, чтобы слишком уж сильно себя ограничивать, а скорее в том, чтобы учиться видеть аккуратнее, полнее — вы рассматриваете обе стороны явлений, которые вы привыкли считать только привлекательными или только отталкивающими.

Это требует некоторого усилия. Вам нужно быть старательнее, когда вы следите за тем, как вы смотрите и слушаете. Но вашей наградой является то, что ум приходит в форму, гораздо более подходящую для медитации, потому что вы прекращаете наполнять его всевозможным мусором, ядами, нездоровой пищей, которые вредят ему, ослабляют его, мешают ему. Если вы были небрежны по отношению к тому, что исходит из ума и проникает в него, когда вы садитесь медитировать, это становится похоже на уборку в мастерской, убрать которую у вас руки целый год не доходили. Там столько мусора, что вы проводите почти весь час разгребая его, а потом понимаете, что для настоящего успокоения у вас осталось только пять минут в самом конце. Поддерживайте чистоту ума, занимайтесь этим постоянно. Не позволяйте мусору попадать внутрь ни через двери, ни через окна. Если появляется мусор, избавляйтесь от него сразу же. Не накапливайте его. Когда вы действуете в таком духе, вы создаёте для медитации место, где и находиться приятнее, и обосноваться проще.

Третий принцип создания хороших условий для медитации — это сдержанность в разговорах. Когда я впервые приехал к Ачану Фуангу, он сказал, что при освоении медитации в первую очередь нужно научиться следить за своим языком. Другими словами, прежде, чем что-нибудь сказать, спрашивайте себя: «Необходимо ли это? Полезно ли это? Есть ли хорошая причина это сказать?» Если всё это так — пожалуйста, говорите. Если нет, сохраняйте молчание. Как он сказал, если вы не можете контролировать свой язык, вы тем более не сможете контролировать свой ум. А когда вы привыкнете задавать себе те вопросы, окажется, что на самом деле необходимо совсем немного разговоров.

Если на работе вам нужно поговорить со своими коллегами, чтобы создать благоприятную атмосферу на рабочем месте, это можно считать необходимым разговором. Но часто разговоры выходят за рамки этой функции «социальной смазки». Вы теряете бдительность, даёте волю языку, и всё это становится пустой болтовнёй, которая не только отнимает у вас силы, но и является источником опасности. Если будет слишком много смазки, работа может застопориться. Люди часто говорят, что наибольший вред возникает по причине того, что они просто позволяют срываться с языка всему, что приходит им на ум — без какой бы то ни было сдержанности.

Если, соблюдая этот принцип, вы зарабатываете репутацию молчуна — чтож, прекрасно. Вы увидите, что когда вы тратите слова бережливее, они начинают приобретать большую ценность. В то же время, вы создаёте более благоприятную атмосферу для своего ума. В конце концов, если вы болтаете весь день напролёт, как вы собираетесь остановить болтовню в уме, когда садитесь медитировать? Но если вы вырабатываете привычку следить за своим языком, эта привычка действует и в медитации. Все эти голоса в вашем уме начинают смолкать.

Четвертый принцип для монахов означает частое посещение безлюдных мест, уход от общества, поиск тихого места, где можно побыть наедине с собой, чтобы приобрести более ясное видение своей жизни, своего ума, чтобы яснее видеть происходящее в уме. Этот принцип применяется и к мирянам. Старайтесь найти столько уединённости, сколько возможно. Это полезно для вас. Когда люди испытывают трудности, пытаясь жить уединённо, это говорит о том, что у них много нерешённых внутренних проблем.

Создайте небольшое безлюдное пространство в собственном доме. Выключите телевизор, погасите свет, позвольте себе побыть в одиночестве, уменьшив возможность отвлечений. Скажите всем домочадцам, что вам нужно регулярно ненадолго оставаться наедине с собой. Когда вы так поступаете, вы замечаете, что проблемы, скрытые в глубинах ума, начинают выходить на его поверхность. Только когда они выходят на поверхность, вы можете ими заняться. Когда вы так уединяетесь, уменьшив поток внешний влияний, естественно, что уму будет легче отслеживать дыхание. Поначалу может быть много умственной болтовни, но через какое-то время вы ей пресыщаетесь. Вы предпочитаете тишину. Тогда же вы избавляетесь от влияния мыслей и мнений других людей. Вы должны спросить себя: «Во что я на самом деле верю? Каковы мои воззрения? Что для меня действительно важно, когда я не подвержен влиянию мнений других людей?»

Это подводит нас к пятому принципу — развитию Правильных Воззрений. Есть два уровня Правильных Воззрений. Первый из них — вера в принцип кармы, то есть в то, что ваши действия на самом деле дают результаты, и совершаете эти действия именно вы. Ни звёзды, ни бог, ни судьба — никакая внешняя сила не действует через вас. Именно вы принимаете решения, вы можете делать это умело или нет, в зависимости от ваших намерений. В этот принцип важно верить, потому что это придаёт вам больше сил в жизни. Этот принцип воодушевляет, но и возлагает на вас ответственность. Именно поэтому вы должны действовать осмотрительно, именно поэтому вы не можете быть безрассудны. Когда вы осмотрительны в своих действиях, легче быть осмотрительным и по отношению к уму, когда приходит время медитировать.

Что касается второго уровня Правильных Воззрений, надмирского уровня, он подразумевает видение явлений с точки зрения четырёх благородных истин: страдания и мучения, причин страдания и мучения, прекращения страдания и мучения, а также пути, ведущему к их прекращению. Взгляните на всё многообразие своих переживаний. Вместо того, чтобы по привычке классифицировать их с точки зрения «я» и «моё», просто наблюдайте, чтобы увидеть: «Где здесь страдание? Где здесь мучение? Что ему сопутствует? Что в ваших действиях приводит к возникновению мучения? Можете ли вы прекратить такую деятельность? И какие качества вам нужно развить, от чего вам нужно избавиться, чтобы освободиться от жажды, от неведения, лежащего в основе мучения? Когда вы отбрасываете жажду, способны ли вы осознать, что происходит?» Слишком часто, когда мы отбрасываем один вид жажды, мы просто хватаемся за другой. «Способны ли вы всё лучше и лучше осознавать этот промежуток между приступами жажды и увеличивать его? Каково это, обладать умом, свободным от жажды?»

Согласно словам Будды, важно видеть явления именно так, ведь если вы всё обозначаете с точки зрения своего «я», как вы вообще сможете понять что-либо таким, как оно есть? Если вы держитесь за страдание, как за своё «я», как вы сможете понять страдание? Ели вы рассматриваете его просто как страдание, не обозначая его как «я» или «моё», вы можете начать видеть его таким, какое оно есть, вы можете учиться отпускать его. Если это ваше «я», если вы верите, что это ваше «я», отпустить его вы не сможете. Но видение явлений с точки зрения четырех благородных истин позволяет решить проблему страдания раз и навсегда.

Начните же рассматривать всю свою жизнь в таком свете. Вместо того, чтобы обвинять в собственном страдании других людей, взгляните, какими своими действиями вы способствуете страданию и в первую очередь займитесь ими. Когда вы вырабатываете такое отношения в своей повседневной жизни, его гораздо проще применять и в медитации. Так вы создаёте обстановку, в которой следование благородному пути становится всё более и более значимым.

Итак, вот эти принципы, создающие подходящие условия для медитации, будь вы начинающий монах, живущий в монастыре, или мирянин, в монастыре не живущий: вам нужно соблюдать правила, осуществлять охрану чувств и сдержанность в разговорах, создавать для себя тихие, уединённые места и развивать Правильные Воззрения. Когда вы следуете этим принципам, вы создаёте условия, более благоприятные для того, чтобы собранность ума могла расти и развиваться. В то же время, эти принципы создают условия, в которых результаты собирания ума могут распространяться во всех направлениях. Так ваше совершенствование уже не должно будет втискиваться в трещины чуждой, враждебной среды, а получит пространство, где оно может пустить корни, расти и преображать всё вокруг.

Возвышенные состояния

В наставлениях Будды умелые качества сгруппированы — пять того, семь этого. Даже о единственном качестве, которое уместно всегда, — памятовании, — он всегда учит в контексте различных групп. Для начала, памятование сопряжено с осознаванием. Памятование означает удержание чего-либо в уме, как например, когда мы постоянно напоминаем себе отслеживать дыхание во время медитации. Осознавание подразумевает, что мы замечаем происходящее, осознаём свои действия и результаты этих действий. Чтобы памятование давало результаты при тренировке ума, оно всегда должно быть сопряжено с осознаванием. И оба эти качества также играют свою роль в более крупных группах. Они входят в пять сил, в семь факторов Пробуждения и в благородный восмеричный путь.

В своих наставлениях Будда объединяет умелые качества в группы, потому что неумелые качества тоже объединяются в группы. Три корня неумелости, — жадность, злоба и неведение, — дают начало пяти помехам, семи одержимостям, десяти путам, ста восьми видам жажды. Они разрастаются экспоненциально. Нет единственного умелого качества, которое смогло бы противостоять им всем. Чтобы быть эффективным, чтобы выполнять свою роль в тренировке ума, каждое умелое качество должно усиливаться другими. В то же время, чтобы какое-либо умелое качество не пошло вразнос, становясь при этом инструментом сил противоположного свойства, каждое из качеств должно уравновешиваться другими. Именно поэтому Будда оставил такие наставления, как четыре основы успеха, семь факторов Пробуждения и четыре возвышенных состояния — это армии умелых качеств, призванные сражаться с полчищами Мары.

Когда вы видите различные перечисления, — первое, второе, третье, четвертое, пятое, шестое и т.д., — возникает впечатление, что вам нужно начинать с первого умелого качества, а потом оставлять его и переходить к следующему. На самом же деле, принцип скорее в том, чтобы собирать все качества вместе, и затем опираться то на одно, то на другое настолько, насколько это будет уместно для поддержания равновесия ума. Этот принцип применяется и к четырём возвышенным состояниям — безмерному дружелюбию, безмерному состраданию, безмерному сорадованию и безмерной безмятежности.

Мы начинаем с дружелюбия не потому что это качество проще всего освоить, а потому что это ключевое, основополагающее качество. На его основе вы выстраиваете остальные: сострадание, признание или сорадование и, наконец, безмятежное наблюдение. Уравновешенный ум — это ум, знающий, когда и на какое из этих качеств опереться. Дело не в том, что вы отказываетесь от качества номер один, чтобы перейти к качеству номер два или четыре; вы стараетесь держать все четыре качества наготове, чтобы можно было воспользоваться любым из них в подходящей ситуации.

Дружелюбие лежит в основе всего. В самом деле, можно было бы сказать, что оно лежит в основе всей тренировки ума. Если у нас нет дружелюбия к себе и к окружающим людям, мы не сочтём сколько-нибудь важным наставление о четырех благородных истинах. Именно потому, что мы хотели бы увидеть прекращение страдания, — не только для себя, но и для окружающих, — мы хотим следовать пути к прекращению страдания. Мы заботимся о том, чтобы разобраться, что является страданием, как мы может устранить его причины и помочь осуществить его прекращение.

Итак, всё начинается с дружелюбия. Задумайтесь об этом. Зачем вам хотеть, чтобы кто-то страдал? Вы можете помнить о злых или жестоких поступках, которые кто-то совершил в прошлом, но даже в этом случае, зачем вам хотеть, чтобы эти люди страдали? Чтобы они извлекли из этого урок? Что же, они получат свой урок, благодаря действию принципа кармы (здесь в дело вступает наставление о безмятежном наблюдении), поэтому вы не обязаны становиться карающей дланью Божьей, чтобы быть уверенным, что каждый понесет справедливое наказание.

Ваша единственная задача, следить за тем, чтобы вашему дружелюбию не было пределов. Если люди совершают ужасные поступки, это не значит, что вы должны одобрять их; вы не должны оправдывать их поведение. Дружелюбие нужно не для этого. Дружелюбие означает, что вы никому не хотите причинить вред. Если люди совершают ужасные поступки, вы вправе остановить их, если сможете — в конце концов, совершая ужасные поступки, они создают плохую карму, создают ещё больше страдания для самих себя. Но только позаботьтесь о том, чтобы не причинить им вреда, пытаясь их остановить.

Итак, старайтесь сделать своё дружелюбие беспредельным — или, как говорят тексты, безмерным. Поставьте перед собой такую задачу. Когда вы распространяете дружелюбные мысли, попробуйте увидеть, до каких пределов они распространяются. Нужно не просто притвориться, что ваше дружелюбие безмерно. Поначалу дружелюбие всегда ограничено. Каковы же ваши ограничения? Распространив дружелюбные мысли на людей, к которым вы уже дружелюбно настроены, — своих друзей, родственников, — начните распространять их на людей, в отношении которых оно не возникает само собой. Не противится ли ваше сердце, когда вы пытаетесь распространить дружелюбные мысли на людей, которые вам не нравятся? Следите за этим голоском, отказывающим им в счастье. Хотите ли вы отождествляться с ним? Можете ли вы отказаться от такого отношения к тем людям?

Совершенствование в дружелюбном отношении становится важно для тренировки ума, именно когда оно заставляет вас столкнуться с мелочностью и ограниченностью собственного сердца. Если вы представляете дружелюбие как облако розовой сладкой ваты, покрывающее мир во всех направлениях, на самом деле вы просто маскируете своё подлинное отношение, и это никак не поможет вам достичь прозрения о работе ума. Дружелюбие нужно понимать именно как вызов самому себе, как возможность отыскать и проработать все проявления мелочности сердца одно за другим — изучить их, искоренить их, на самом деле освободиться от них. Только когда вы прорабатываете подобные подробности, дружелюбие может развиваться и становиться всё беспредельнее.

Тогда беспредельным становится и ваше сострадание. Если вы дружелюбно относитесь к людям, когда они переживают неблагоприятные последствия их плохой кармы, остаётся только сострадать им. Вы хотите, чтобы они не просто перестали переживать боль или страдание, которые они испытывают сейчас, но также, чтобы они прекратили совершать действия, приводящие к продолжению страдания. Это важная часть сострадания. Сострадание это не просто сочувствие вашего сердца к страдающим людям. Сострадать — также значит стараться найти какой-то способ помочь им прекратить совершать действия, из-за которых они испытывают страдание.

Когда вы можете им помочь, вы признаёте их счастье. Вы ощущаете сопричастность к счастью, которое они обнаружили. Даже в тех случаях, когда люди испытывают счастье, к которому вы не имеете никакого отношения, вы признаёте тот факт, что они испытывают результаты своих прошлых хороших поступков или нынешних правильных действий. Вас не возмущает их счастье. Даже если вы соревнуетесь, и кто-то занимает первое место, а вы — второе, хотя вы чувствуете, что первого места заслуживаете именно вы, здесь тоже нужно проявлять сорадование. Возможно, есть более широкий взгляд на вещи, чем тот, которым обладаете вы.

Замечайте все те случаи, когда вы должны не вмешиваться; случаи, когда вы хотите кому-то помочь и не можете этого сделать; или случаи, когда вы предпочли бы сами обладать тем счастьем, которое испытывает кто-то другой. Именно здесь нужно развивать безмятежное наблюдение.

Обратите внимание, что наставление о безмятежности — это отражение принципа кармы. Из четырех изречений, касающихся возвышенных состояний, только оно одно является признанием факта. Остальные гласят:

«Пусть все существа будут счастливы.

Пусть они будут свободны от боли и мучения.

Пусть они не лишатся счастья, которое они испытывают.»

Первые три — это пожелания, отношения, предпочтительное положение вещей. «Пусть.. пусть… пусть…» Четвертое же — это отражение истинного положения вещей.

«Все живые существа — владельцы своих действий, наследники своих действий…

Как бы они ни действовали, во благо или во зло, они наследуют этим действиям.»

На самом деле, это размышление находит применение во множестве различных смыслов. Из пяти тем для размышления, размышление о карме — единственное, которое даёт надежду. Вы не просто жертвы судьбы или расположения звёзд, или проводники воли другого существа. Именно вы делаете выбор. Вот что даёт вам надежду.

Но эта надежда должна сочетаться с осмотрительностью. С помощью своих действий вы способны делать добро, но также вы можете и причинять вред. Принцип кармы — это обоюдоострый меч, им можно перерезать себе горло. Поэтому Будда советует использовать размышление о принципе кармы так, чтобы это побуждало быть осмотрительным.

На чуть более глубоком уровне, универсальность принципа кармы помогает развивать безмятежное наблюдение — как по отношению к себе, так и в отношении других людей. В вашей жизни бывают ситуации, когда вы не можете получить то счастье, которого хотели бы. Есть какое-то кармическое препятствие. И вы учитесь принимать его безмятежно. Это не значит, что вы отступаете и становитесь совершенно пассивны и безразличны. Вы ищете области, где ваши действия могут принести пользу. Вы не транжирите время и силы, не бьётесь головой о стену там, где ничего не можете изменить. Вы направляете силы туда, где изменения возможны.

То есть безмятежность — это не безнадёжность, это не бездеятельное безразличие. Это перенаправление своих сил в подходящем направлении — в те области, где вы можете действовать ради своего благополучия и благополучия окружающих.

Размышления о карме также используются в качестве основы для развития мудрости и прозрения. Все наставления о различении следует воспринимать на их фоне. Главное прозрение Пробуждения Будды состояло в том, что боль и удовольствие происходят от собственных действий. Есть действия, приносящие боль; есть действия, приносящие удовольствие; есть действия со смешанными результатами; и есть особая деятельность, приводящая к прекращению действий, к прекращению страдания, приносящая подлинное счастье. В этом сущность мудрости Будды. Безмятежность, надежда, осмотрительность и различение — это любопытное сочетание. Все эти качества действуют совместно. Все они так или иначе касаются того же размышления:

«Я владею своими действиями. Все существа владеют своими действиями».

Иначе говоря, все существа ответственны за то, что они делают. Однажды Ачан Суват прочёл проповедь на основе этого размышления, в ней рассматривалось различие между наставлением о безличности и тем утверждением. Форма, чувства, распознавания, умственные конструкции, сознание — всё это не-я. Но мы владеем своими действиями. Он сказал: «Задумайтесь об этом».

Другими словами, не фиксируйте внимание на результатах своих действий, а обратите внимание на то обстоятельство, что вы принимаете решения — прямой сейчас, всё время. Как только решение принято, оно становится частью более обширной системы причин и следствий, которая находятся вне вашего контроля, но у вас есть возможность принять решение снова — в следующий момент и в следующий, и в следующий. Сосредоточьтесь на этом. Не замыкайтесь на результатах прошлых поступков. Сосредоточьтесь на том, что можно предпринять, чтобы сделать нынешние действия умелыми. В этом смысл наставления «мы владеем своими действиями».

«Мы наследуем своим действиям».

Мы получим результаты от этих действий. Поэтому совершайте такие действия, которые принесли бы желаемые результаты. Позаботьтесь об этом. Вот что значит Палийское слово «otappa». Его можно перевести, как страх результатов собственных действий или обеспокоенность результатами собственных действий. Как бы вы его ни перевели, оно означает, что вы не должны быть безразличны — вы знаете, что какие бы действия вы ни совершили, они дадут результаты.

Здесь, опять же, полезно различение. Есть множество того, что нам хотелось бы сделать, но это даст плохие результаты; и есть то, что нам не хотелось бы делать, но это даст хорошие результаты. Будда говорит, что мера того, насколько вы глупы или мудры, зависит от того, как вы справляетесь с подобными ситуациями. То есть именно тут выясняется, чего стоит ваша мудрость. Вы можете говорить о различении, рассматривать три характеристики, пять кхандх, шесть чувственных сфер, взаимозависимое возникновение, пустотность — все эти прекрасные концепции; вы можете говорить о них, но если они не помогают вам принимать правильное решение, когда перед вами стоит трудный выбор, — ваша мудрость бесполезна. А полезная мудрость позволяет вам отговорить себя делать то, что вам нравится, если известно, что это даст плохие результаты; или убедить себя сделать то, что вам не нравится, но даёт хорошие результаты. Вот в чём проявляется мудрость.

«Мы рождены собственными действиями»

Наши действия являются источником всех наших переживаний. Если вам нужны хорошие переживания, обратите внимание на их источник. Если вам не нравятся те переживания, что вы сейчас испытываете, опять же, обернитесь и обратите внимание на их источник. Он всегда здесь, прямо здесь — в настоящем.

Наставления Будды о времени интересны тем, что хотя в них и говорится о времени, но о начальном моменте времени в них не говорится. Начало ваших переживания — прямо здесь, в настоящем. Все они возникают тут же; поэтому Будда учит вас искать первопричину прямо здесь и прямо сейчас, а не пытаться в поисках первопричины отслеживать явления назад во времени. Ищите глубже внутри себя — в тех областях ума, где намерение, внимание и распознавания противоборствуют друг с другом, ведь именно там рождаются все явления.

«Мы связаны посредством своих действий»

Те связи, которые объединяют нас с различными людьми, созданы нашими действиями: делами, которые мы совершили совместно с другими людьми или для других людей. Именно так создаются связи, которые у нас есть с окружающими людьми.

Идея взаимосвязанности очень популярна в Буддизме, особенно в последнее время, но забавно, что люди предпочитают говорить о взаимосвязанности, не принимая во внимание наставлением о карме. В качестве модели взаимосвязанности они используют взаимозависимое возникновение — сеть связей, где один фактор не может существовать без множества других факторов, но эти люди не хотят понять, что взаимозависимое возникновение — это наставление о связи неведения со страданием, о связи жажды со страданием. Связанность такого рода вам нужно оборвать, а не радоваться ей.

Связанность посредством кармы может быть или плохой, или хорошей. Поэтому вам нужно заботиться о хороших связях.

И опять же, на что здесь обращать внимание? На то, что вы делаете прямо здесь и сейчас. Как вы ведёте себя с людьми? Как вы обращаетесь с ними? Именно это создаёт отношения, которые смогут принести вам радость или связать вас по рукам и ногам — сейчас и в будущем. Поэтому выбирайте действия аккуратно.

«Наши действия — наши судьи.»

Наши действия имеют решающее значение для наших жизней. Другими словами, где-то на небесах нет судьи, который бы судил нас, сидя на высоком троне. Мы сами судим, какой будет наша жизнь, действуя так или иначе. Это и вдохновляет, и немного пугает. Задумайтесь, как часто в своей жизни вы действовали из неумелых побуждений. Задумайтесь о неумелых побуждениях, которые всё ещё рыщут в ваших умах, и могут стать причиной будущих неумелых действий. Хорошенько об этом подумайте. Это значит, что у вас есть работа — не просто избегать неумелых действий, но и поддерживать умелые.

И здесь же появляется надежда. Пусть в своей жизни мы можем испытывать страдание, но мы можем прекратить его посредством собственных же действий. Мы не должны сидеть сложа руки, ожидая, что кто-то другой придёт и спасёт нас. Мы не жертвы судьбы. Мы сами можем делать выбор, мы можем расставить свои приоритеты так, чтобы изменить свою жизнь в положительном направлении посредством собственных мыслей, слов и дел.

Именно поэтому мы медитируем — в медитации создаются хорошие, умелые качества ума: памятование, осознавание, собранность ума, различение, настойчивость, правдивость, выносливость. Когда мы работаем над этими качествами, когда мы применяем их на деле, они усиливаются и становятся всё более мудрыми судьями наших жизней, они направляют наши жизни в желаемом направлении.

Наконец, последнее размышления строится на утверждении:

«Как бы мы ни действовали, во благо или во зло, мы наследуют этим действиям.»

Это напоминает нам об осмотрительности, о необходимости действовать из хороших побуждений, из умелых побуждений. Нужно развивать те качества ума, которые способствуют умелым намерениям, ведь на самом деле важны именно они.

Эти наставления воспитывают безмятежность, напоминая нам сохранять безмятежное отношение к прошлым поступкам и их результатам. Мы не можем их изменить, потому что уже их совершили. Мы не можем перевести часы назад.

Но эти наставления также дают надежду на то, что мы способны влиять на происходящее здесь и сейчас. Здесь мы получаем возможность планировать свои жизни, направлять их к лучшему.

Мудрость появляется именно тогда, когда мы находим баланс между безмятежностью, осмотрительностью и надеждой, когда учимся правильно пользоваться принципом кармы.

Наставления о карме часто подвергаются незаслуженной критике, по большей части это случается, так как эти наставления были искажены, превращены в упрощённую карикатуру — в духе принципа «зуб за зуб» или представления о судьбе. Но если вы понимаете их сложность, а также цель этих наставлений, вы начинаете осознавать, что они не такие, как мы о них думали. Они не извиняют ни нас, когда мы оправдываем страдание, которому подвергаются люди, ни наше безразличие к этим страданиям. Когда вы действительно понимаете работу кармы, вы видите в страдании других людей возможность помочь им. Вы не знаете, как скоро исчерпается их карма страдания. Если вы поможете прекратить их страдание, будет ли это добрым делом? Поставьте себя на их место. Хотели бы вы, чтобы кто-нибудь пришёл вам на помощь? А ведь однажды вы действительно можете оказаться на их месте. Всё-таки, как говорит Будда, вы уже бывали в такой же ситуации раньше, и если вы не вырветесь из круговерти перерождений, возможно, вы окажетесь в ней снова. Наставление о карме предназначено не для того, чтобы мы ощущали превосходство над другими людьми. Вы не можете знать, — может быть результаты их прошлой плохой кармы проявились раньше, чем результаты вашей плохой кармы, и однажды вы можете оказаться на их месте или даже в ещё худшем положении.

Поэтому вы не можете позволить себе самодовольство. И наставления о карме предназначены не для того, чтобы вызвать у вас самодовольство. Скорее даже наоборот, они должны лишить вас самодовольства. Однажды я прочёл, как некто пишет, что 11 сентября лопнул пузырь его буддийского самодовольства. Но ведь это оксюморон — «буддийское самодовольство». Вообще, весь смысл Дхаммы состоит в том, что она учит вас не быть самодовольными. Пока в вашем сердце есть страдание, остаётся работа, которую нужно сделать.

Итак, с одной стороны, принцип кармы делает вас осмотрительными, напоминая, что у вас есть работа, которую нужно сделать. Но он также даёт понять, что существует способ работать со страданием так, чтобы выйти за его пределы — в этом состоит ваша надежда.

Если вы понимаете, как использовать наставления о карме, вы видите их настоящую пользу, видите, как они связаны с медитацией, которой мы занимаемся прямо сейчас. В своей медитации вам нужно докопаться как раз до этого — до кармы, до намерения. Наблюдайте её динамику. Узнавайте, как сделать её более умелой. Узнавайте, как привести её к совершенству, чтобы она давала не просто приятное пребывание во времени и пространстве, но также, — когда вы становитесь по-настоящему умелыми, — выводила за пределы пространства и времени, к прекращению кармы, к состоянию, когда не остаётся работы, которую нужно сделать.

Вот одно из описаний араханта: katam karaniyam — тот, кто выполнил задачу. Сделал то, что следовало сделать. Освободился от бремени. Это становится возможным именно при понимании принципа кармы и правильном его использовании.

Незрелая практика

Если идея перерождения вас не пугает, представьте, что вам снова придётся проходить через подростковый возраст, представьте всю ту неловкость и смущение, все проблемы отрочества — старшие классы, построение отношений, отстаивание собственной независимости. Обычно мы рады, что уже прошли через это. Но когда вы начинаете осваивать медитацию, это как снова преодолевать подростковый возраст. Когда вы начинаете, вы должны следовать набору правил. Как в детстве: не делай это, делай то, не делай так, делай эдак. И какое-то время правила работают. Но потом приходит время, когда, если вы собираетесь действительно овладеть медитаций, вы должны подвергнуть эти правила испытанию. Это отрочество, и оно трудно тем, что одни правила хороши, и они могут сопровождать вас в течение всей жизни, а от других правил лучше отказаться, потому что вы вышли из детского возраста. Иногда проблема состоит в том, что у вас сохраняется детское понимание правил, но по мере взросления, вы должны изменить это понимание. И вот, во всём этом вам нужно разобраться. Конечно же, это трудное время.

Так происходит и с медитацией. Вам говорят: «Направляйте внимание на дыхание». И на начальных этапах часто можно услышать: «Не вмешивайтесь в дыхание. Просто позвольте вдохам и выдохам происходить в их собственном ритме». Вы можете уловить основную идею в том смысле, что чем меньше вы вмешиваетесь в настоящий момент, тем лучше; чем бездеятельнее вы становитесь, тем лучше. Но из-за этого становится сложно включить медитацию в свою жизнь. Вы же не собираетесь провести всю жизнь совершенно бездеятельно в любой ситуации? Это не срабатывает. Это всё равно что быть живым трупом. Поэтому вам нужно испытать это правило, чтобы увидеть, на что оно больше похоже: на правило вроде «Переходя улицу, держись за чью-нибудь руку» или «Переходя улицу, смотри по сторонам. Следи за приближающимися машинами». Держаться за чью-то руку — это правило для детей; когда вы выросли, вы больше не должны его соблюдать. А смотреть по сторонам — это хорошее правило и для детей, и для взрослых.

Так к какому же типу относится правило о невмешательстве в дыхание? Это правило вроде «держаться за руку». Учители медитации часто чувствуют, что новички, скорее всего, приведут дыхание в полный беспорядок, если будут слишком контролировать его. Чтобы избежать этого, учители велят не вовлекаться, оставаться насколько возможно бездеятельным. Но когда вы приобретаете некоторый опыт в работе с дыханием, необходимости держаться за руку учителя больше нет. Вы должны позаботиться о себе сами. Вы должны экспериментировать с дыханием. В противном случае, вы никогда не узнаете, в какой мере вы безотчётно влияете на дыхание. Вы никогда не поймёте, что именно вы привносите в настоящее. А всё это чрезвычайно важно для медитации, ведь только когда вы это видите, вы способны попробовать это отладить.

То есть вы должны пройти через этот неловкий период чрезмерного вмешательства в дыхание — вы делаете его слишком длинным, слишком коротким, прикладываете чрезмерные усилия, чтобы изменить дыхание так, чтобы оно соответствовало вашим представлениям о правильном дыхании. Или же, сделав полезное открытие, вы пытаетесь держаться за эту находку, даже когда она уже потеряла свою ценность. Или же вы силой направляете энергию дыхания в те области тела, куда её лучше не направлять. Вы должны на собственном опыте изучить все эти проблемы, совершая ошибки. Вы должны преодолеть подростковый период медитации, чтобы прочувствовать, что же является действительно правильным. В ходе этого процесса вы начинаете достигать зрелости, развивать мастерство в медитации.

Чтобы достичь мастерства и ощущения правильности, вы должны пройти через периоды неловкости — должны совершать ошибки и учиться распознавать ошибки, но все мы предпочли бы избежать неловкости. Тем не менее, на пути из детства к зрелости в медитации эти периоды неловкости миновать нельзя.

Поэтому, работая с дыханием, помните о двух вещах. Во-первых, вам нужно экспериментировать с дыханием, чтобы увидеть, какое дыхание будет комфортным прямо сейчас. И во-вторых, вы должны следить за ходом этих экспериментов. Вы следите и за дыханием, и за умом, работающим с дыханием. Здесь нет никаких строго определённых правил. Вы должны найти свой собственный путь.

Поэтому путь должен быть постепенным. Однажды Будда сравнил путь совершенствования с континентальным шельфом Индии. Сначала пологий уклон, потом резкий обрыв — это похоже на континентальный шельф восточного побережья США. Все мы предвкушаем внезапный обрыв, но как говорил Будда, чтобы до него добраться, сначала нужно преодолеть пологий уклон. Иногда наш подход к медитации заключается в том, что мы просто надеемся, что внезапный обрыв окажется прямо здесь. Мы думаем, что если сможем стать как можно более неподвижными и бездеятельными в настоящем, мы каким-то чудом окажемся прямо над обрывом. Иначе говоря, мы ждём, что случится внезапное Пробуждение. Но Пробуждение происходит не так. Вы добираете до обрыва, преодолевая постепенный уклон.

Другими словами, по мере того, как вы становитесь всё более восприимчивыми к своим действиям в настоящем, ваше влияние на настоящий момент становится всё более и более утончённым до тех пор, пока вы не позволяете ему действительно прекратиться. Но сначала вы должны преодолеть многие и многие слои намерений, потому что только постепенно развивая навык работы в этой области, вы сможете действительно почувствовать самые трудноразличимые виды намерений. Деятельность по развитию навыка работы с дыханием не уводит вас в сторону от бескрайних просторов Пробуждения. Это совсем не так. Подлинное Пробуждение приходит, когда вы становитесь всё более восприимчивы к собственным действиям, всё более совершенствуете их до тех пор, пока не станет возможно различить высшие уровни совершенства и отказаться от них.

Итак, именно упор на умелую подготовку помогает нам достичь резкого обрыва Пробуждения. Как бы иначе вы развили восприимчивость? Если бы вы не развили восприимчивость, откуда бы взялась мудрость, приводящая к Пробуждению? Она вырабатывается, именно когда вы готовы совершать ошибки, терпеливо преодолевая постепенный уклон.

Но мы нетерпеливы. Мы хотим, чтобы всё происходило сразу же. Мы оглядываемся на прошлое и говорим: «Ну, те люди ничего не понимали. Они проходили через этот долгий, трудный процесс, потому что не знали простого и лёгкого пути всё устроить». И хотя лёгкий путь всё устроить действительно может давать быстрые результаты, но эти результаты могут оказаться не так уж хороши в долговременной перспективе, они могут даже обернуться во вред. А медитация это одна из тех областей, где требуется время, требуется терпение. Вы должны отдать ей время и внимание, требующиеся для развития навыка.

Вы знакомитесь с дыханием. Это как знакомиться с человеком. Как Будда говорил о знании такого рода, вы должны быть наблюдательны и готовы уделить этому достаточно времени. Только тогда вы достигнете ощущения близости. Представьте, что вы собираетесь подружиться с дыханием. В любой дружбе вы что отдаёте и что-то получаете. Переживаете моменты неловкости. Случаются подъёмы и спады. Но вы сохраняете добросердечность, чтобы пережить спады, сохраняете способность к наблюдению, чтобы замечать, когда вы совершаете ошибки, чтобы признавать ошибки — и дружба развивается. Только тогда друг может начать открывать вам свои секреты.

А у дыхания полно удивительных секретов. В потоках энергии дыхания можно обнаружить много интересного. Вы можете увидеть, как дыхание влияет на чувства, начать различать, какие ощущения являются ощущениями дыхания, а какие чувствами — удовольствием и болью. Когда вы действительно вглядываетесь в это, вы начинаете понимать, что часто вы неправильно разграничиваете тело и ум. Например, совокупности формы и чувств: движение энергии — это форма, а ощущения удовольствия и боли, сопутствующие движению энергии — это чувства, и они могут быть чрезвычайно скоротечны. Когда вы видите, как скоротечны чувства, — а они гораздо более скоротечны, чем даже тончайшие ощущения дыхания, — это преобразует ваше отношение к своей жизни. Вы осознаёте, что значительная часть вашей жизни заключалась в погоне за приятными чувствами, но в результате вы только всё яснее и яснее видели, как они мимолётны.

Итак, когда вы действительно вглядываетесь в процесс дыхания, можно увидеть очень многое. Если вы готовы следовать подъёмам и спадам пологого уклона, вам всегда найдётся что делать, всегда найдётся чему научиться. Если же вы сидите сложа руки, ожидая, что случится Пробуждение, через какое-то время ваша восприимчивость уменьшается — вы загоняете себя в вялость и бессилие, думая: «Если ждать достаточно долго, может быть, это случится». Получается так, что вы перестанете следить за своими действиями. В результате, вы перестаёте видеть многое из того, что происходит в уме. Вы пытаетесь спрятать это от себя, надеясь, что: «Если я спрячу это достаточно хорошо, может быть удастся перехитрить Пробуждение, и оно придёт» — так же, как ребёнок пытается перехитрить Санта Клауса.

Ну а если вы работаете с дыханием, — замечая, какие ощущения приносит каждый вдох, и как вы можете сделать дыхание более приятным, — в ходе этого процесса вы становитесь более восприимчивы. А что такое различение, если не повышенная восприимчивость? Мы часто думаем, что обладать различающей мудростью, значит пытаться заставить свой ум видеть явления такими, какими их велел видеть Будда. Но это кончается тем, что мы просто добавляем ещё один слой домыслов к своему неведению. Когда Будда говорит нам рассматривать непостоянство и мучительность явлений, это не значит, что мы должны делать вывод, что они непостоянным и мучительны. Он учит нас развивать восприимчивость. Можете ли вы ощущать действительно тонкие уровни непостоянства? Можете ли вы ощущать действительно тонкие уровни мучения? Что происходит, когда вам это удаётся?

Медитация предназначена для того, чтобы заниматься как раз этим. По мере того, как вы обнаруживаете всё более тонкие уровни непостоянства и мучительности, и устраняете их ради ощущения большей устойчивости, ради большего благополучия ума, вы, наконец, достигаете точки равновесия, где перед вами всё раскрывается. Вы входите поток — в состояние, когда вы больше ничего не привносите в настоящее. Вы можете быть в этом уверены, потому что развили всестороннюю восприимчивость ко всем действиям ума — к малейшим проявлениям внутреннего диалога, к самым незначительным сделкам с самим собой, даже к бессловесным взаимодействиям внутри ума. Вы становились всё более восприимчивы до тех пор, пока всё это не прекратилось — вы больше ничего не делаете.

Здесь вы попадаете во власть пути. С этого момента путь делает всю работу. Он открывает вам Бессмертное. Потому это и называется потоком — вы ощущаете, что вас несёт течение, и вам совсем ничего не нужно делать. Но чтобы прийти к этому, вы должны сделать очень многое и быть очень восприимчивыми к своим действия, только так вы сможете с уверенность различать, действительно ли в уме нет никаких намерений или же это только кажется.

Итак, это маленькое упражнение, — отладка дыхания, исследование дыхания, — даёт начало мудрости, даёт начало прозрению характеристик непостоянства, мучительности и безличности. Это чрезвычайно важно для совершенствования. На этом этапе вы не просто подчиняетесь правилам для детей, а действительно начинаете понимать, как эти правила на самом деле работают, и какие из них применяются к вам, когда ваша практика достигает зрелости.

И хоть вам может быть неловко проходить через подростковый возраст, исследовать явления и переживать последствия ошибок, никто другой не узнает, какие ошибки вы совершили. Важно, что вы извлекаете из них уроки. Пусть вам неловко, но так вы взрослеете.

Социофобия

В одной из своих последних бесед о Дхамме Ачан Ли сравнил жизнь с путешествием на лодке через океан. В океане возникает проблема — там нет пресной воды. Для многих из нас, заняться медитацией — это как зайти в порт, найти пресную воду и погрузить её на лодку. Потом мы выходим в открытое море и обнаруживаем, что вода кончилась, поэтому нам нужно возвращаться обратно в порт. В итоге, нам не удаётся далеко продвинуться. Если мы неосторожны, ветры могут отнести нас от побережья, и мы останемся совсем без воды.

Иначе говоря, когда мы медитируем, мы приобретаем ощущение лёгкости, ощущение внутренней свежести. Это как запасать воду. Но потом мы срываемся, и вода протекает из наших глаз и ушей, отовсюду. Поэтому нам нужно вернуться, помедитировать ещё, набрать ещё немного воды, — так мы и мечемся туда-сюда. На самом деле, мы никогда не запасаем достаточно воды, чтобы можно было пересечь океан. Поэтому важно научиться не расплёскивать воду. Для этого нужно научиться при помощи дыхания поддерживать средоточие внимания в теле, даже когда вы выходите из дома и взаимодействуете с другими людьми. Это одна из больших проблем для всех, кто осваивает медитацию.

У Ачана Ли был ещё один пример, он говорил, что медитировать — значит объединять ум, а потом обнулять его. Теперь, когда у вас есть нули, можно обойтись с ними двумя способами. Их можно поместить перед цифрами, — и в этом случае они не имеют вообще никакого значения, на них не обращают внимания, они не считаются. Или же вы можете поместить их после цифр, и тогда 1 превращается в 10, потом в 100, в 1000, в 10000. Если нули стоят после цифр, вы приобретаете множество проблем, но если нули стоят вначале, неважно, как много у вас нулей, они ни на что не влияют, они совсем не отягощают ум.

Так же и с умом, — вы обнуляете его и помещаете нули вначале. Когда вы взаимодействуете с другими людьми, их слова не считаются. Любопытно, что Ачан Ли считал слова других людей проверкой умиротворённости ума. Будда утверждает нечто подобное в одной из строф Дхаммапады: «Если на грубые речи других людей ты не отзываешься, — как разбитый гонг, — это признак того, что ты достиг подлинного умиротворения ума»*. Это может казаться странным. Почему проверка заключается в том, как вы реагируете на слова других людей?

Ум очень уязвим в этом отношении. В своей жизни мы очень рано узнаём, что наше счастье будет зависеть от того, как с нами обращаются другие люди. В детстве нас окружают люди, которые гораздо более могущественны, чем мы, поэтому в наши взаимоотношения с другими встраивается чувство страха. Мы начинаем зависеть от настроений других людей, от того, что они могут сделать или сказать. В результате, наш центр тяжести перемещается наружу, потому что мы боимся их, и мы пытаемся возвести вокруг себя стену, чтобы от них защититься.

Всё это значит, что центр тяжести нашего ума перемещается наружу — за пределы тела. Если вы когда-либо изучали боевые искусства, вы знаете, что если ваш центр тяжести находится за пределами тела, вы в плохой форме. Вы в уязвимом положении.

В то же время, Будда не говорил, что нужно игнорировать других людей и быть абсолютно эгоистичным. Он говорил, что существует совершенно другой подход к проблеме счастья. Другими словами, вы находите источник счастья, которое не требует что-либо у кого-либо забирать, и поэтому вам не нужно бояться других людей. Когда вы их не боитесь, оказывается, что на самом деле вы можете относиться к ним более сострадательно. Поэтому развитие и поддержание внутреннего центра тяжести — это не эгоистично. Будда не учит вас быть равнодушными. Он просто говорит, что нужно занять более сильное положение и быть уверенным в своей силе, не покидая его, чтобы поднять кому-то настроение или сделать что-либо другое, соответствующее нашим представлениям о том, как взаимодействовать с людьми. Просто оставаться внутри и иметь уверенность в своей внутренней силе. В конечном счете, источник вашего счастья находится внутри. И раз не нужно что-либо у кого-либо забирать, вам не нужно бояться других людей.

Особенно, когда вы можете наполнить всё тело осознаванием, когда дыхание плавно течёт во всем теле, — это плавное течение энергии создаёт нечто вроде силового поля. В Каноне есть такой образ, — человек, способный в медитации наполнить тело осознаванием, сравнивается с дверью, сделанной из массива дерева. Если взять клубок верёвки и бросить его в эту дверь, он вообще никак её не повредит. Ум, наполненный осознаванием, плавное течение дыхания — это нечто подобное, — прочное, устойчивое к внешним влияниям.

А когда осознавание не наполняет всё ваше тело, как говорит Будда, это похоже на ком глины, в который бросают камень. Камень оставляет в глине большую вмятину. То есть вы находитесь в уязвимом положении, и интуитивно вы понимаете, что находитесь в уязвимом положении. Другие люди могут вторгнуться в ваше внутреннее пространство. Поэтому вы пытаетесь скрываться и защищать себя разными способами. Поскольку на защиту уходит много энергии, и эта энергия находится за пределами тела, это лишает вас уравновешенности. И поэтому вы слишком быстро расходуете воду своей медитации, свежесть своей медитации.

Как говорил Ачан Ли, хитрость в том, чтобы иметь в лодке небольшой дистиллятор. Вы берёте солёную воду и помещаете её в дистиллятор, чтобы сделать её пресной. Куда бы вы ни отправились, у вас есть пресная вода. То есть, неважно, куда вы идёте, вы всё там же — ум собран в теле, осознавание наполняет тело. Вы не оставляете тело без защиты, и не используете все свои силы на мнимую внешнюю защиту. Прямо здесь в теле, вы создаёте ощущение энергии, ощущение свежести, и это тоже вас защищает. Теперь вы можете путешествовать по всему миру, ведь солёная вода есть всюду. Вы можете опреснить столько воды, сколько хотите, если вы научились это делать.

Завершая медитацию, важно обращать внимание на то, как движется ум. Как он протекает во внешнее пространство из ваших глаз и ушей? Если вы ловите его и возвращаете обратно, будет ли он выражать недовольство? Когда вы пытаетесь оставаться внутри, может возникнуть страх или неуверенность. Поначалу вы можете чувствовать себя беззащитными. Не слушайте этот голос. Этот голос овладел вашими умами, когда вы были маленькими детьми и ничего не знали. Тогда это было лучшее, что можно сделать, но теперь вы научились большему, приобрели лучшие навыки и более глубокое понимание.

Учитесь возражать этому голосу: «Это хорошее, надёжное место, — прямо здесь, в теле, — и здесь можно действовать с позиций силы». И уже одно это будет даром, — как вам, так и окружающим людям. Они почувствуют перемены в вас, и взаимодействовать с ними станет гораздо легче.

Итак, учитесь приобретать уверенность, находясь в пределах тела. Осознавание, наполняющее всё тело, энергия дыхания, наполняющая тело, могут дать вам всестороннюю защиту. Они дают вам подпитку и свежесть, которые нужны вам всё время. В то же время, они становятся движущей силой совершенствования. Если вы продолжаете добывать пресную воду, то, когда её у вас больше, чем достаточно, вы можете поделиться ей с окружающими людьми. Ваши ощущения от взаимодействия с другими изменятся, они станут гораздо менее пугающими, а ощущение свежести будет только углубляться и усиливаться.

Глупое отношение к удовольствию

Когда дело касается удовольствия, мы предпочитаем «и то, и это». Нам не нравится «или то, или другое». Чем больше способов получить удовольствие мы можем найти, чем больше видов удовольствия, тем лучше. В конце концов, по большей части суть удовольствия состоит в разнообразии. Нам не нравится мысль о том, что нужно придерживаться какого-то одного вида удовольствия, или о том, что нужно отказаться от некоторых вещей, которые нам уже нравятся, ради чего-то, что нам тоже нравится. Мы хотим всё сразу. Как однажды сказал Будда, даже если бы с неба сыпались золотые монеты, их не хватило бы, чтобы удовлетворить людскую жажду чувственных удовольствий. Нам всегда нужно ещё и ещё больше. Вот почему обычно мы ведем себя довольно глупо в вопросах удовольствия.

Психологи показали, что даже когда людям известны недостатки какого-нибудь вида деятельности, который им нравится, они всё равно снова и снова возвращаются к нему. Даже если они знают, что у них есть занятие и получше, — они могут работать над более долговременными, более надёжными формами удовольствия, — от некоторых минутных удовольствий они всё равно не могут отказаться. То есть дело обстоит не так, что когда находишь удовольствие получше, привязанности к прошлым, меньшим удовольствия просто отпадают, как листья опадают с дерева. У ума есть склонность пытаться накопить всё больше и больше, добавлять новые удовольствия к запасу старых удовольствий, которые мы хотим сохранить на потом.

Это можно наблюдать даже у некоторых из наименее продвинутых благородных личностей, у вошедших в поток. Будда советовал им быть осмотрительными. Таким было его последнее наставление. Из всех монахов, которые собрались, когда Будда умирал, наименее продвинутыми были вошедшие в поток. И всё же Будда советовал им быть осмотрительными. В каноне есть и другие места, где он напрямую говорит, что даже вошедшие в поток могут быть безрассудными. Это можно понять, ведь когда достигаешь уровня, когда точно знаешь, что существует бессмертное, что ты направляешься к ниббане, что тебе осталось не больше семи жизней, и что все они в худшем случае будут человеческими, на основе таких мыслей может выработаться ощущение безопасности. Из-за этого ощущения безопасности вошедший в поток может стать беспечным, — чего и говорить тогда о людях, которые просто испытали джханы или правильную собранность ума. То, что вы встретились с этим действительно утонченным удовольствием правильной собранности ума, ещё не означает, что вы автоматически освободились от привязанностей к другим формам удовольствия. Здесь тоже срабатывает принцип «и то, и это». Люди хотят наслаждаться собранностью ума одновременно со всеми другими удовольствиями, которые они сумели скопить в ходе жизни.

И поэтому нам нужно использовать различение, чтобы напоминать себе, что есть много важных областей, где действует принцип «или то, или другое». В частности, различение нужно, чтобы увидеть недостатки многочисленных удовольствий, в которых мы барахтались раньше. Мы уклоняемся от этого урока. Во-первых, нам не нравится слышать, что мы причиняли вред или поступали неумело. А во-вторых, у ума есть поразительная способность возводить стены, чтобы загородить отрицательные стороны наших удовольствий. Мы так сильно любим свои удовольствия, что отказываемся признавать их недостатки.

Недавно я разговаривал с монахом, который бывал в полицейском морге в Бангкоке, монахам разрешено приходить туда и наблюдать за вскрытием трупов. Он видел, что врачи в морге работают очень споро, вскрывают одно тело за другим, одно за другим, одно за другим, так что внутренности расплёскиваются и всё такое. И он всё не мог понять, как эти врачи умудряются потом возвращаться домой и спать со своими женами, наслаждаться своими старыми чувственными удовольствиями? Потом он забрёл в их офис и увидел там повсюду на стенах эротические календари. Вот тогда он понял. Они были настроены поддерживать восприятие красоты тела, несмотря на то, что видели каждый день. Та часть человеческого ума, которая хочет сохранить свои старые привязанности, не откажется от них запросто. Она делает всё, чтобы их удержать. Отпустить можно только когда ясно видишь, что есть прямая связь между страданием и удовольствиями, которыми ты наслаждался, — и что есть варианты получше. Только тогда ум начнет отпускать.

Работа различения — замечать недостатки этих явлений. Вот почему одной только правильной собранности ума или джханы не достаточно, чтобы прорваться через все ваши другие привязанности. Если вы просто можете безмятежно сидеть и блаженствовать, это ещё не значит, что вы увидите связь неумелых удовольствий с их отрицательными последствиями. Такое прозрение требует выработки решимости. Нужно действительно стараться напоминать себе, что тут «или то, или другое». Нужно работать над развитием силы и решительности различения, чтобы приобрести способность ясно это видеть.

Ачан Ча в одной из своих бесед рассматривал знание трёх характеристик не как истину, не как форму мудрости, а как силу. Вот что это: сила. Она даёт надёжное место, где можно находиться, отдалившись от привязанностей и действительно отслеживать их. По большей части, мы просто ныряем в свои привязанности, ныряем в свои удовольствия, совершенно теряя из виду всё остальное. Но способность отступить на шаг от всего этого даёт вам твердую почву под ногами. И такое надёжное место — это сила ума. Она помогает нам сопротивляться искушению нырнуть снова.

Так что нужно снова и снова размышлять на эти темы: на тему «или то, или другое», и на тему связи удовольствий, которыми вы наслаждаетесь, с недостатками, которые тянутся за ними следом. Именно поэтому путь начинается с правильных воззрений, и поэтому же Будда говорил, что из всех сил ума, именно сила различения удерживает остальные силы вместе. Он приводит пример со строительством дома. Чтобы сформировать крышу ставят стропила, но они надёжно стоят на месте только когда установлен конёк. А до тех пор они могут раскачиваться из стороны в сторону. Они ещё не вполне прочны. Но когда вы наконец устанавливаете конёк сверху по всей длине, всё становится на свои места и держится крепко.

Конёк — это различение. Пока различение не станет сильным, всё остальное, — ваши уверенность, настойчивость, памятование, собранность ума, — может шататься из стороны в сторону. Вам может нравиться собранность ума, но и всё другое, что может предложить жизнь, вам тоже может нравиться. Вы относитесь к своей жизни как к большому цветочному саду или как к громадному шведскому столу, где можно выбрать всё, что захочешь. Это ваше обычное отношение. Вы приходите в себя только когда ясно видите, что на самом деле «или то, или другое». Чем больше вы позволяете уму блуждать в чувственных удовольствиях, тем труднее вернуть его обратно, труднее направить собранность ума в сторону надмирского. И даже когда вы впервые достигаете надмирского, вы всё ещё не находитесь в безопасности. Ещё может присутствовать самодовольная мысль о том, что всё уже достаточно хорошо. Вы точно достигли уровня благородной личности, вы точно не падёте в нижние миры, вы точно достигнете ниббаны в течение семи жизней. То есть возможно быть самоуспокоенным даже на этом уровне. Ваша работа над различением всё ещё не завершена.

Поэтому, продолжая практику, нам нужно совершенствовать эту дополнительную прочность, совершенствовать силу различения. Она помогает нам видеть связи между удовольствиями и их последствиями, а также помогает увидеть, каких связей не должно быть, где нам нужно предпочесть одну форму удовольствия другой.

В Дхаммападе есть стих, «Если отказ от маленького счастьица позволяет увидеть большое счастье, пусть мудрый откажется от маленького счастьица, размышляя о большом счастье. (пер. В.Н.Топорова)». Обратите внимание, не каждый это делает. Так поступает только мудрый. Один переводчик говорил, что не может быть, чтобы именно это было смыслом стиха, ведь это так очевидно. Каждый знает достаточно, чтобы отказаться от меньшего счастья в пользу большего. Но ведь на самом деле это не так. Лишь очень немногие так поступают. Очень немногие люди видят, что тут «или то, или другое». Остальные хотят и то, и это, и ещё, и ещё, и ещё, и ещё, и ещё. А всё потому, что мы глупы в вопросах удовольствия. Иногда мы специально становимся глупыми. Мы не хотим видеть связь наших удовольствий с их недостатками. Мы не хотим видеть, что одно удовольствия борется с другим, что удовольствия могут быть несовместимы друг с другом. Даже если это прямо у нас перед глазами, мы отказываемся смотреть.

Итак, хоть и важно развивать собранность ума, нам также нужно развивать силу различения, благодаря которой собранность ума становится правильной, которая её поддерживает, которая помогает признавать её такой, какая она есть. Удовольствие собранности ума, это одно из тех редких удовольствий, которые лишены недостатков. Поначалу оно может быть шатким, и наверное это одна из причин того, что мы не хотим сразу возлагать на него все свои надежды, ведь мы знаем как трудно его достичь. Но потом, когда оно становится более простым и надёжным, нас и это приводит к беспечности, мы думаем, что можем достичь его, когда вздумается. Поэтому нужно развивать различение, силу ума, которая помогает преодолеть обе эти формы беспечности, обе причины желания получить «и то, и это». Пока вы следуете по пути, нужно помнить, что «или то, или другое». Только мудрость «или то, или другое» поможет вам добиться большего.

Вкус и реальность

В Индии есть интересная теория о том, почему люди любят искусство. Эта теория основана на том, что между самой эмоцией и вкусом этой эмоции существует различие. Там говорят, что люди любят искусство, — включая театр, музыку, литературу, словом, все изящные искусства, — потому что глядя на изображение некоторой эмоции, они на самом деле не переживают эту эмоцию. Они ощущают её вкус. Этот вкус всегда приятен, даже если изображается совсем не приятная эмоция: страх, мучение или горе. Если они хорошо переданы, публике нравятся эти изображения, потому что ей нравится их вкус. Например, люди пробуют вкус горя, и на вкус оно не как горе, а как сострадание. Вкус страха — это не страх, а возбуждение. То есть мы любим искусство не потому, что на самом деле испытываем изображаемые эмоции, а потому что нам нравится их вкус.

Полезно помнить об этом различии, когда вы созерцаете свои мысли, особенно во время медитации. Иногда привлекательность отслеживания дыхания уменьшается. Вы теряете интерес. Даже когда вы переживаете довольно длительные периоды блаженства и благополучия, какая-то часть ума скучает. Ей хочется действия; ей хочется ощутить вкус какой-нибудь эмоции. Поэтому вы начинаете думать о разных вещах. Но вы должны помнить, что, несмотря на то, как вкусны и привлекательны могут быть отвлечения, — все эти многообразные миры, которые вы можете создавать в уме, — действительно жить в них было бы довольно мучительно. Поэтому не обольщайтесь этим вкусом.

В моей семье был такой случай. Одна моя родственница была писательницей, и её романы были нарочито эмоциональными. Ей нравились истории, наполненные скандальными неожиданностями: убийствами, кровосмешением, кознями, изменами. Из этого складывались очень интересные истории. Но когда в своей собственной жизни писательница столкнулась с супружеской неверностью, это её погубило. Она умерла от горя. То есть воображать подобные вещи — это одно, а проживать их — это совсем другое. Всегда об этом помните.

Даже эти истории, которые мы любим сочинять о собственном совершенствовании, об ожидаемых успехах, о том, как мы достигнем собранности ума, и далее тут же перейдём к прозрению, а там и вот оно, освобождение, — нам нравится вкус этих историй. Нам нравится читать об ачанах, потому что такие истории специально создают так, чтобы они были притягательными. Они предназначены для того, чтобы вам захотелось совершенствоваться. Однако вы не найдёте в этих историях описания долгих дней, когда совершенно ничего не происходит или долгих периодов безрезультатной медитации, когда медитация абсолютно приятна, но без всякой динамики или она совершенно неприятна, потому что ум не хочется успокаиваться. Такое в тех книгах не описывают, но если вы действительно медитируете, вы неминуемо испытываете всё это сами.

Итак, свои мысли, свои истории о собственном совершенствовании нужно видеть в истинном свете. Мы тренируем ум, а тренировка подразумевает, что мы повторяем действия снова и снова, и снова: отстраняем ум от отвлечений снова и снова, и снова, направляем ум на предмет медитации снова и снова, учимся применять в повседневной жизни навыки, наработанные в медитации, снова и снова. Это может быть не очень интересным и захватывающим занятием, и иногда ум будет бунтовать, но когда он сопротивляется, спрашивайте себя: «Куда ты собрался?» Если вы воображаете сказочные или просто приятные миры, где вы могли бы находиться прямо сейчас, спрашивайте себя: «Каково было бы жить там на самом деле?»

В автобиографии Ачана Ли есть история о том, как он устал быть монахом и начал думать о возвращении к мирской жизни. И вот однажды ночью он решил всерьёз обдумать, что же на самом деле случится, как это будет в действительности. Он начал с истории, которая звучала довольно хорошо. Он найдёт работу, а потом получит прибавку к жалованью. Дела наладятся, пойдут настолько хорошо, что он решит взять в жены девушку из благородной семьи. Что на самом деле было бы маловероятно. Ачан Ли был сыном крестьянина с северо-востока Таиланда. Вряд ли он смог бы подобраться близко к девушке из благородной семьи. Но он смог сочинить историю, в которой он действительно встречает такую девушку, и она увлекается им, и всё заканчивается свадьбой.

Но тут опять вмешивается реальность. Наверняка жизнь девушки из благородной семьи была очень утончённой, но для пропитания семьи ей нужно было бы пойти работать. И вот она находит работу, а потом появляется ребёнок, но из-за тягостей работы и беременности она умирает вскоре после родов. Ребёнок остаётся у него, а родители жены не желают иметь с ним ничего общего. Поэтому он нанимает кормилицу. Поначалу, она хорошо обращается с ребёнком, а через какое-то время завоёвывает его любовь. И, в конце концов, они женятся. Но тут у неё появляется собственный ребенок, которого она любит больше. И тут всё становится действительно плохо. Он приходит вечером домой с работы, и жена рассказывает ему одну версию случившегося за день, первый ребенок — другую версию, а второй ребёнок ещё и третью версию событий. Все со всеми ссорятся. Ачан Ли чувствует, что разрывается на три части. Он думает про себя: «Ох, лучше бы мне было остаться монахом». Потом он понимает: «Но, конечно, я всё ещё монах». Эта история показала проблему возвращения к мирской жизни в другом свете. Он отговорил себя от совершения глупостей, которые позволили бы его мечтам о возвращении к мирской жизни осуществиться.

Таков один из способов справиться с очарованием отвлекающих мыслей. Спрашивайте себя: «Если бы я действительно переживал эту ситуацию, каково бы это было? Каковы были бы ограничения этой ситуации?» Когда вы размышляете о различных мирах, в которые вы могли бы отправиться, — мирах мирской жизни, мирах монашества в тайских лесах, — эти миры выглядят как открытые возможности. Но вы должны понимать, что каждому из таких миров свойственны свои ограничения, свои препятствия. И вкус ваших мыслей может сильно отличаться от настоящих эмоций, связанных с жизнью в них.

Если какая-нибудь из мыслей оказывается действительно соблазнительной, спрашивайте себя, каково на самом деле будет соответствующее состояние существования. Возможно, вы решите, что там у вас будет время, чтобы побыть наедине с собой. Но прямо сейчас у вас уже есть время для уединения, так извлеките же из него наибольшую пользу. Если возникают мысли, связанные со скукой, исследуйте эти мысли, это желание поразвлечься. Есть сутта, в которой Будда говорит, что именно из-за этого существа низвергаются из блаженства высших миров. Они становятся легкомысленными и безрассудными. Они видят какой-нибудь из низших миров, и спрашивают себя: «Каково это на вкус?» Из-за своей беспечности и легкомысленности, — из-за желания немного развлечься, ощутить новые вкусы, сменить обстановку, — они падают вниз, а потом уже не могут остановиться. Вселенная развивается не благодаря божественному замыслу, а благодаря безрассудству и безответственности.

Следите за такими безответственными мыслями. Напоминайте себе, что когда приходит страдание, оно реально. Как-никак это благородная истина, страдание действительно мучительно, оно действительно причиняет боль. Ум, застрявший в какой-либо ситуации, действительно страдает. Прямо сейчас вы не находитесь ни в одной из таких ситуаций, вот и не позволяйте себе впутываться в них. Именно поэтому Будда говорил, что нам нужно каждый день без исключения размышлять о том, что мы сейчас декламировали. Мы подвержены старению, мы подвержены болезни, подвержены смерти, подвержены разлуке. Всё это реально, и страдание, которое за ними следует, — реально. В исходной сутте Будда советует размышлять не только об этом, но также и о том, что всему этому подвержены все существа. Неважно, куда мы отправимся — в мир девов, в мир брахм, куда угодно, — мы подвержены смерти. Это должно дать вам стойкое ощущение самвеги и желание быть осмотрительным. Самвега означает тревогу, ощущение безотлагательности попытки выбраться из ловушки ситуации. А осмотрительность подразумевает очень тщательное отслеживание своих действий, и понимание того, что у этих действий есть сложные последствия.

В последнее время придают большое значение тому факту, что психологи принялись изучать счастье. Чтож, а в Буддизме изучают счастье уже 2600 лет. И упор в этом исследовании делается на то важное обстоятельство, которое большинство психологов обычно не замечает, — сам способ поиска счастья будет иметь сложные последствия. Ваша деятельность, — то, что вы делаете, говорите и думаете, чтобы достичь счастья, — может привести вас к весьма несчастливым результатам, если вы не аккуратны. Ваша деятельность может обернуться против вас, может вас погубить. Ни одно намерение не проходит без последствий. То есть любое действие, исходящее из бесчестного намерения, может привести к мучительным переживаниям. Даже если оно способно принести счастье в краткосрочной перспективе, у него есть и долгосрочные последствия. Вы не можете игнорировать этот факт.

В основе образа жизни современных людей лежит безотчётная уверенность в том, что будущие события не имеют значения. «Всё это будет потом. А я хочу счастья прямо сейчас. Быстро». Поэтому людям нравится, когда им рассказывают, что важен только текущий момент, всё происходит в нём — в текущем моменте. Но ваши намерения в текущем моменте выступают в качестве причин событий, которые случатся потом, в будущем. Вам нужно позаботиться о том, чтобы эти будущие события принесли приятные переживания. Иногда для этого нужно совершать действия, которые вам не нравятся, если вы понимаете, что они приведут к счастью в долгосрочной перспективе. Или вы должны удерживать себя от совершения действий, которые вам хотелось бы совершить прямо сейчас, если в долгосрочной перспективе они приведут к боли, — не к переживанию пикантного вкуса боли, а к мучению от настоящей боли. Навык уговаривать себя делать то, что приведёт к долгосрочному счастью, и избегать того, что приведёт к долгосрочному страданию, — это один из важнейших навыков, которые вы способны развить, не только в медитации, но и вообще в жизни.

Итак, помните о различии между вкусом и реальной эмоцией. Вкус эмоции всегда приятен, поэтому мы наслаждаемся искусством, наслаждаемся игрой ума, мечтами и фантазиями. Но сами эмоции часто приносят боль. Поэтому изо всех сил старайтесь сохранять осмотрительность. Не обольщайтесь вкусом.

В усилии — радость

Часто можно услышать, что существуют два подхода к медитации. Один из них — прилагать изнуряющие, болезненные усилия. Вы напряженно трудитесь, решительно стремясь к тому дню в отдалённом будущем, когда вы, наконец, достигнете пробуждения. Другой подход — осознать, что Дхамма окружает вас повсюду прямо сейчас. Вы просто растворяетесь в настоящем — и дело сделано.

Что же, если бы существовали только эти два варианта, очевидно, что приемлемым был бы только второй подход. Но ведь существуют и другие варианты. Можно расслабиться в настоящем и всё же быть переполненным неведением. И можно наслаждаться, прилагая усилия к совершенствованию, извлекать пользу из трудностей, понимать, что существует зрелое отношение к цели пробуждения и действительно достигать её. Вы осознаёте, что — да — опыт пробуждения ещё не здесь, он где-то в будущем, но чтобы достичь его, вы должны обратить внимание на настоящее. А обращать внимание на настоящее — не значит просто расслабиться; нужно кое-что сделать.

Ачан Ли приводил хороший пример. Он говорил, что совершенствоваться — это как пытаться получить пресную воду из солёной. Пресная вода уже есть в солёной воде, но если просто надолго оставить солёную воду отстаиваться, пресная вода и не подумает отделяться от соли. Её нужно дистиллировать. Огонь дистиллятора сравнивается с усилием, прилагаемым к занятиям. Если вы не прилагаете усилий, вы никогда не получите пресную воду из солёной. И хитрость состоит в том, как научиться поддерживать усилие, чтобы не отступать, сталкиваясь с трудными обстоятельствами.

Лучший способ добиться этого — выяснить, как получать удовольствие от такой работы.

Иначе говоря, усилия, прилагаемые к медитации, не всегда должны быть болезненными и изнуряющими, это не всегда должен быть напряженный труд. В некоторых случаях потребуются значительные усилия, в других случаях — едва различимые. Понимаете, правильное усилие не подразумевает, что усилие всегда должно быть умеренным. Усилие становится правильным, если это умелое усилие, которое уместно именно здесь и сейчас — в этом случае вы готовы встретиться с трудностями.

Указания Будды о правильном усилии говорят, что вы должны порождать желание. А один из лучших способов порождать желание — это учиться наслаждаться усилием, то есть находить радость в отказе от неумелых качеств и в развитии умелых качеств. Такая радость традиционна для благородных. И она действительно даёт результаты.

Для развития радости такого рода лучше всего относиться к совершенствованию как к умению, требующему проявлять изобретательность. Я заметил, что все лесные ачаны, несмотря на разнообразие их характеров, предпочитали проявлять изобретательность, когда им нужно было разобраться в чём-либо. Это не такие люди, которые просто делают, как им сказано, надеясь, что раз они делают, как им сказано, в конце они получат просветление — как колбасу на фабрике. Каждый из них воспринимал составляющие пути как загадки, захватывающие воображение. Эти загадки требуют не просто интеллектуального анализа, а скорее анализа, в ходе которого вы выясняете, в чём же именно заключается проблема. Когда они сталкивались с таким проблемами, они предпочитали находить наиболее эффективный способ разрешить их.

Вот именно это качество вам и нужно привнести в медитацию. Замечайте, как вы поступаете с дыханием, и что именно вызывает затруднения. Проблемой может быть физическая или эмоциональная боль. Старайтесь выяснить, как здесь может помочь дыхание. Обращайте внимание на механику дыхания. Когда вы вдыхаете, где берёт начало энергия дыхания — живот расширяется, грудь расширяется? И когда волна вдоха протекает по телу, распространяется ли она беспрепятственно или есть места, где она прерывается, где она встречает сопротивление или испытывает стеснение? Можете ли вы устранить эти преграды?

Если вы считаете это интересной проблемой — вы можете с этим поработать. Узнайте, что вы можете сделать. Если же эта проблема не захватывает ваше воображение, если она не кажется проблемой, заметьте, что же именно является проблемой прямо здесь и сейчас. Другими словами, учитесь ставить вопросы о том, как дыхание связано с проблемами, которые вас на самом деле заботят. Учитесь находить ответы и судить об эффективности найденных вами ответов.

Другая характерная особенность лесной традиции — не объяснять всё заранее. Обычно ачаны дают каждому ученику возможность разобраться самостоятельно. Одна из причин этого в том, что когда вы обучились чему-то, разобравшись в этом самостоятельно, вы сохраняете такое знание дольше, чем в случае, если бы вам об этом просто рассказали. Другая причина в том, что многие ваши внутренние проблемы, — особенности внутренних взаимосвязей умственных явлений с физическими, — это именно исключительно внутренние проблемы, и только вы сами можете знать, как обозначать их для себя. Ваш внутренний диалог использует слова, образы, язык так своеобразно, что это может быть понятно только вам. Так что вы должны учиться задавать своеобразные вопросы и доходить до ответов, которые соответствуют именно вашим обстоятельствам.

Если вы способны научиться получать удовольствие от этого процесса — полдела сделано. Если же вы рассматриваете усилие как рутинную задачу, как будто вам нужно просто пройти через это, вы ужасно многое потеряете. Дело кончится тем, что однажды вы признаетесь себе, что ничего не получается. Вы захотите вернуться в XIX век к так называемой «проповеди отдохновения» — к представлению о том, что простое расслабление, простое принятие исцелит все ваши недуги. Эта идея давно преследует нас в Америке — если бы мы только могли научиться расслабляться, всё пришло бы в норму. Мы занимались этим больше сотни лет, и хотя до сих пор ничего не вышло, эта идея не теряет привлекательности.

Определенно, Будда подходил к проблеме иначе. В примере, который он приводит, если вы не получаете результата, прилагая усилие, значит вы просто прилагаете усилие неправильно. Разница между правильным и неправильным усилием заключается не в степени усилий, а в области приложения усилий и в ваших действиях. Например, если вам нужно получить молоко от коровы, вы учитесь тянуть её за вымя. Это правильное усилие. Неправильным усилием будет крутить ей рога. Что же, если вы приложили много усилий, накручивая рога корове, и совсем не получили молока, расслабление может показаться хорошей идеей. Но расслабление — это лишь часть решения; это только первый шаг. В конце концов, у вас же до сих пор нет молока. Чтобы получить молоко, нужно сделать следующий шаг, спросив: «За что ещё я могу потянуть корову?» Вы осматриваетесь. Пробуете потянуть её за ногу — бесполезно. Пробуете потянуть её за хвост — она лягается. Наконец, вы тянете её за вымя. И именно тогда вы получаете молоко.

Другими словами, расслабление — это первая часть решения, если вы прилагали усилия не там, где нужно, прилагали усилия неверно. Но если вы правильно прилагали усилия в правильной области — просто продолжайте. Когда ваши усилия станут более последовательными, вы начнёте получать результаты. Чем большего вы добиваетесь, тем больше радости вы находите в усилии. А чем больше радости вы находите, тем с большим усердием вы стараетесь разобраться с явлениями более тонкого уровня.

Итак, для успеха в медитации нужно, во-первых, быть готовым прилагать усилие, и во-вторых, учиться получать удовольствие, разрешая проблемы.

Путь Будды не таков, что можно просто делать, как вам сказали — замечать, замечать, замечать или наблюдать, наблюдать, наблюдать, не думая. Такие подходы — это просто упражнения в памятовании, но люди обычно выполняют их бездумно — то есть, не задавая никаких вопросов. Настоящие прозрения возникают не от использования мозгодробительных техник, а от постановки правильных вопросов. «Какие у меня есть предубеждения относительно этого? Как я могу делать это более эффективно? Что я упускаю в своей деятельности? Как научиться это замечать? Как задержать ум, когда он уже вот-вот потеряет памятование?» Последнее может казаться невозможным, но это не так. Когда вы учитесь поднимать в уме подобные вопросы, и получаете удовольствие от поиска ответов на них, это способствует продвижению по пути.

И это совершенно нормально — хотеть продвинуться по пути. В конце концов, так учил Будда. Многие пытаются перехитрить Будду, утверждая: «На самом деле он не имел в виду, что можно использовать обусловленные явления, чтобы достичь необусловленного. Тут есть какая-то хитрость». Они пытаются разобраться во всём заранее, пытаются имитировать воззрения пробужденного, не проделывая всю работу, необходимую на пути. Такая попытка разобраться — не правильна.

Правильный способ — принять слова Будды, и затем, когда вы делаете, как он сказал, стараться разобраться, почему он велел действовать именно так.

Это ещё одна особенность лесной традиции. В ней слова Будды принимаются не бездумно. Он велел следовать Винае — они следуют Винае. Он велел развивать правильную собранность ума, то есть джхану. Ладно, они так и поступают. Но они исследуют эту деятельность, чтобы увидеть, как это помогает положить конец страданию.

В практических занятиях это выражается в обучении исследованию собственных усилий с точки зрения четырех благородных истин до тех пор, пока это не приводит к чему-либо, лежащему за пределами усилий, за пределами пути. Но нельзя «выйти за пределы», пока вы не приложили усилий, необходимых при продвижении по пути. Фактически, именно направляя внимание на продвижение по пути, вы можете подобраться к тому, что лежит за его пределами.

Итак, Будда говорил: существует правильное усилие. Когда Будда выделял три важнейшие составляющие пути, способствующие правильной собранности ума, это были правильное воззрение, правильное усилие и правильное памятование. Они — главные помощники и посредники правильной собранности ума. Именно этим составляющим пути вам нужно уделять внимание в медитации — правильным воззрениям, правильным усилиям, правильному памятованию, правильной собранности ума. Всё это подразумевает деятельность, развитие, наблюдение результатов, и если в процессе вы видите, что случается что-либо неумелое — вы позволяете этому прекратиться.

Если вы учитесь находить радость в развитии и прекращении, вы находитесь на благородном пути. Там не так уж плохо. Это гораздо лучше, чем застрять, пытаясь имитировать пробуждение, и прийти к неправильным воззрениям, неправильному памятованию и неправильному всему остальному. Остаться без молока рядом с разъярённой коровой. Поэтому примите слова Будды. И будьте готовы к трудностям — ведь в них может быть и много забавного.

Нравственность как условие практики

В каноне есть эпизод о том, как группа монахов собралась отправиться в чужие края, и вот они пришли выразить своё почтение Будде. Будда спросил: «Заходили ли вы к Сарипутте?». Они ответили, — нет, не заходили, — и тогда Будда посоветовал им сделать это. Когда они засвидетельствовали свое почтение Сарипутте, тот спросил их: «Допустим, вы встретите разумных людей в чужих краях, и они спросят, чему учит ваш учитель. Что вы им ответите?» Монахи попросили совета о том, как им отвечать. И первое, с чего начал Сарипутта, — «Наш учитель учит устранению желания и страсти».

Многие из нас, услышав, что это первое, чему учит Будда, наверное, сбежали бы. Мы любим свою страсть, мы любим желание. Но обратите внимание, Сарипутта начинает с действия. Будда учит вас что-то делать. Как объясняет Сарипутта, если спросят, «Желание и страсть к чему?», ответ будет, «К пяти совокупностям». Чем же опасны желания и страсть к этим явлениям? Тем, что вы страдаете, когда они изменяются. А польза отказа от такого желания и страсти в том, что вы прекращаете это страдание.

То есть тут важнее всего действия. Самое первое наставление Будды, — о благородном восьмеричном пути, — тоже было советом о том, что делать. Значит, учение начинается с действий, это его основной принцип. Действия реальны. Вы выбираете свои действия, вы можете изменять их. У действий есть последствия, определяющие вашу жизнь, и нужно обращать внимание, что вы делаете и какие последствия создаете.

Это приводит к системе «следует» и «не следует», к системе действий, которые вам следует и не следует совершать, если вы хотите положить конец страданию. Здесь критично важно это «если». То, что предписывает Будда, обусловлено в том смысле, что если вы хотите положить конец страданию, — вот то, что вам нужно делать. Он вам ничего не навязывает. Но он дает вам руководство к действию, и это категоричное руководство, то есть действительно безоговорочное. Как он говорил, естественная реакция на страдание — это замешательство и поиск. Мы приходим в замешательство, потому что не знаем, почему страдаем. Почему это происходит? Что с этим делать? Если вы не верите в принцип действий, вы останетесь в замешательстве.

Во времена Будды были люди, учившие, что человеческие поступки бессильны. Будда редко отвлекался на то, чтобы отыскать таких людей и поспорить с ними, но вообще он вступал в споры с теми, чьи доктрины, по сути, лишают надежды совершить что-то значимое прямо сейчас, — учили ли они о том, что всё является результатом прошлых поступков или всё является результатом воли творца, или всё происходит совершенно беспричинно. Наставления такого рода, как он говорил, оставляют вас в замешательстве, ведь они не оставляют никаких оснований для «следует» и «не следует». Если всё предопределено, ничего не поделаешь. Если причины не связаны со следствиями, то независимо от ваших действий, вы ни на что не повлияете. Вы пропали. Вам не к чему прибегнуть, когда возникает страдание.

Поэтому Будда учит, что делать, когда вы страдаете, чтобы выйти из замешательства и не продолжать страдать. И в этом смысле его наставления — это подарок. Как и с любым подарком, когда вы его получаете, вам нужно найти ему хорошее применение. Вы не хотите просто выбросить его. Вы учитесь испытывать благодарность к человеку, который вам его подарил, за его щедрость, и стараетесь использовать подарок наилучшим способом.

И какой же способ наилучший? Вы начинаете вглядываться в свои действия, потому что наставление указывает на них. Вы отслеживаете результаты действий, которые совершаете прямо сейчас, чтобы заметить, есть ли какая-нибудь связь между тем, что вы делаете и фактом присутствия страдания в уме.

Именно поэтому Будда говорит, что нерешительность преодолевается отслеживанием умелых и неумелых качеств ума. Для начала, вы направляете внимание на наиболее важные проблемы жизни, а именно на то, какое воздействия имеют ваши поступки, и особенно, какое воздействие имеют те или иные состояния ума. В конце концов, ум — это источник всех действий. Если вы не уверены насчет разнообразных качеств ума, тогда понаблюдайте. Попробуйте развивать доброжелательность, попробуйте проявлять щедрость, попробуйте соблюдать правила. Узнайте, какое именно воздействие эти качества оказывают на вашу жизнь.

В то же время, старайтесь развивать качества, которые позволяют оценивать всё это честно и точно. Старайтесь проявлять памятование, старайтесь проявлять осознавание. Памятование позволяет соединить причину со следствием. Если вы совсем не обладаете памятованием, — т.е. если вы не можете припомнить, что вы сделали, — вы не приобретете способность выяснять, как вот это ощущение боли или вот это ощущение удовольствия связаны с поступками, которые вы когда-то в прошлом совершили и забыли. Поэтому старайтесь держать в уме, что вы сделали. Если вы замечаете, что в ваших переживаниях проявляется какое-либо страдание, попробуйте проследить, где оно берет начало. «С каким поступком это связано? С каким отношением это связано?» Если в теле есть боль — это обычная часть жизнь, но присутствие боли в уме — излишне. Ей не обязательно там быть. Так что же вызывает боль в уме? Если вы можете проследить её источник, — телесный, словесный или умственный, — то вы можете с ней справиться. Вы можете покончить с неуверенностью, вы можете покончить с замешательством.

Конечно, тут нужно ещё и осознавание, — способность действительно обращать внимание на то, что вы делаете. Слишком многим из нас это не свойственно. Мы идём по жизни как будто на автомате, не приглядываясь к своим намерениям пристально. Чтобы ответить на вопрос, почему они сделали что-либо, многим нужно напрячь память, и часто они не могут сообразить, почему же, поэтому просто выдумывают причину. Ну а если осознавание с самого начала было неустойчивым, это их «почему» очень сомнительно. Поэтому действительно нужно осознавать, что делаешь, то есть осознавать свои текущие намерения. Чем лучше вы осознаете свои действия, тем лучше вы способны припомнить, что вы сделали. Именно поэтому памятование и осознавание неотделимы друг от друга.

Потом вы объединяете эти два качества со «следует» и «не следует», которые предписывает Будда. И в этом вся суть усердия. Когда Будда давал бескомпромиссные наставления об умелых и неумелых действиях, это не было утверждением о том, что различие между ними является бескомпромиссной истиной. Бескомпромиссная истина состоит в том, что неумелое следует прекращать, а умелое следует развивать. Ещё раз обратите внимание на «следует». Это рекомендуемый курс действий. Когда вы следуете этим курсом, проявляя интерес и стремление к знанию, — это усердие. Вы сводите воедино все три качества: памятование, осознавание и усердие.

Поначалу вы развиваете эти качества, следуя правилам поведения. Это одна из причин того, что правила так рано появляются в наставлениях Будды. В наставлении о благородном восьмеричном пути, например, он говорит о правильной речи, правильном поведении и правильных средствах к существованию прежде, чем о медитации. В его последовательных наставлениях нравственность следует сразу после щедрости. Причина этого в том, что когда вы пытаетесь развивать нравственность, вам нужно обратить внимание на то, как вы поступаете в своей повседневной жизни. Так вы развиваете памятование и осознавание. Если вы видите, что причиняете какой-либо вред, вы стараетесь прекратить действия, которые его причиняют. Так вы развиваете усердие. К счастью, Будда не заставляет вас экспериментировать со всеми возможными способами действовать, чтобы узнать, приносят они вред или нет. Он даёт вам указания. Он безоговорочно утверждает, что не нужно убивать, не нужно воровать, не нужно развратничать, не нужно врать и не нужно принимать одурманивающие вещества.

Последнее особенно важно, ведь как он говорил, мы и без того одурманены молодостью, одурманены здоровьем, одурманены красотой, мы одурманены жизнью. Ум уже опьянён. Не нужно добавлять к этому что-то ещё, иначе вы не сможете развивать памятование и осознавание, которые необходимы, чтобы ясно видеть и честно оценивать свои действия.

Итак, вы стараетесь придерживаться этих правил и замечать, какое воздействие они оказывают на вашу жизнь. Это единственный способ достичь какой-то определенности. И это единственный способ вести такую жизнь, в которой найдётся достаточно места для практики. Очень часто бывает, что люди с улицы приходят на ретриты, чтобы целую неделю посвятить только работе с дыханием. Если в прошлом они поступали неумело, раньше или позже это проявится во время ретрита.

Сам я не слишком часто бывал на медитационных ретритах, но мне особенно запомнился один, где средь бела дня, в разгар ретрита один парень не выдержал и начал тяжело всхлипывать. Это продолжалось десять, пятнадцать минут. Меня это очень беспокоило. Но все остальные в зале сидели тихо, как будто ничего не происходит. Позже я узнал, что это обычное дело на ретритах. Оказалось, что тот человек раньше торговал кокаином, и неожиданно в его уме всплыло что-то из того, чем он занимался в прошлом.

Мне рассказали, что сейчас на медитационных ретритах такое случается постоянно. На них приходят люди без нравственной подготовки, и тишина ретрита даёт место, где могут неожиданно прорваться наружу их сожаления. Это может дать момент катарсиса, но ничего более. Если в вашей жизни есть раны, оставленные неправильным поведением, уму становится очень трудно успокаиваться, и быть действительно устойчиво памятующим и осознающим, чтобы замечать, что же на самом деле происходит и мудро направлять внимание.

Итак, принцип нравственности очень важен, — и в качестве условия для практики, и в качестве базовой тренировки памятования, осознавания и усердия. В конечном счете, вы направите эти качества на тело само по себе, или на чувства, или на состояния ума, или на умственные качества. Но чтобы прийти к этим системам отсчёта с хоть какой-то устойчивостью, вам необходимо тренировать эти качества в повседневной жизни. Поэтому не забывайте придерживать правил и следить за своим поведением. Поддерживайте осознавание, чтобы замечать, когда вы можете нарушить правила. Если вы чувствуете какое-либо искушение нарушить их, развивайте усердие, стараясь выяснить, как этого избежать.

Чаще всего проблема в том, что чуть ли не половина ума хочет нарушить правила. Так что, хоть и существует множество умений, которые Будда советует использовать для соблюдения правил, — учиться говорить «нет» жадности, говорить «нет» злобе, говорить «нет» заблуждению, — мы применяем эти наставления лишь наполовину. А потом говорим, что советы Будды не срабатывают, и поддаёмся искушению. Но настоящая проблема в том, что мы не даём наставлениям настоящей возможности сработать. И в результате такого половинчатого подхода мы остаёмся в растерянности и замешательстве. Мы сомневаемся, действительно ли Будда прав насчёт умелого поведения? Когда стараешься вести себя умело, но в результате лишь копишь напряжение, что в этом вообще умелого?

Но на самом деле вопрос в том, почему вы напрягаетесь. Может быть, ум ищет повод не придерживаться умелого поведения? Существуют способы соблюдать правила и быть совершенно расслабленным. В конце концов, ум находится в своём естественном состоянии, когда не убивает, не ворует, не ввязывается в какое-либо неумелое поведение. Так почему же от этих действий так трудно воздерживаться? А вы пытались сделать их непривлекательными для себя? Только когда вы действительно честны с собой, вы можете увидеть истину, всё сводится к этому.

Об этом часто говорил Ачан Ли, и Ачан Фуанг тоже. Мы чувствуем неуверенность, потому что недостаточно честно отслеживаем то, что делаем. Есть вещи, которые мы прячем от себя, — то, что мы сделали и не хотим признать. Мы действуем, исходя из намерений, в которых нам не нравится признаваться. Вот почему мы остаёмся в замешательстве. Единственный способ выйти из этого замешательства, — наконец признаться себе, что, — да, — мы причиняем страдание. Это основная трудность, с которой мы сталкиваемся снова и снова. Страдание продолжается, и оно связано с нашим поведением. Нужно оставить в прошлом все увёртки ума и замысловатые оправдания, которые вы находите, чтобы продолжать поведение, которое вам отчасти нравится, но вы также знаете, что оно не очень-то умело. Когда вы решаете, что с вас хватит, вот тогда вы действительно готовы к практике.

Итак, страдание вводит нас в замешательство, он оно также напоминает нам, что нам нужно выйти из замешательства. Иначе мы просто продолжим биться головами о стену страдания. Здесь приходит очередь другой реакции, — поиска. Может быть, есть какой-то способ, может быть, есть кто-то, знающий как положить конец страданию. Будда готов дать вам совет. Но только от вас зависит, когда вы будете готовы его принять.