Маркс и Будда: Буддистско-Коммунистический Манифест
Джефф Талиелл

источник: тхеравада.рф
Перевод: Леша Тэль
редактор: Ксения Тэль


«Любите других людей так же, как вы любите себя”
(Хошимин)

Синопсис

Мы не можем искоренить крайнюю нищету и голод без более справедливого распределения мировых ресурсов. Невозможно обеспечить всеобщее начальное образование без социального государственного финансирования (в противном случае кто будет обучать и платить учителям, строить школы и давать возможность бедным детям посещать школу?). Те же аргументы верны в отношении обеспечения всеобщего медицинского обслуживания, улучшения охраны материнства, сокращения детской смертности и борьбы с ВИЧ/СПИДом, малярией и другими заболеваниями. Поощрение гендерного равноправия и расширение возможностей для женщин вновь предполагает перераспределение образования, богатства и власти таким образом, чтобы они действительно были общими.  Глобальное партнерство в целях развития останется нереализованной мечтой без международной солидарности бедных и борьбы с глобализирующимся капитализмом, опирающимся на международную конкуренцию — самая тяжелая работа в сочетании с низкой оплатой труда и плохими условиями занятости. Мы не сможем обеспечить экологическую устойчивость, если не признаем, что планетарные и людские ресурсы эксплуатируются в личных интересах. Цели в области развития, сформулированные в Декларации тысячелетия (ДТООН), останутся лишь риторикой без экспроприации и перераспределения ресурсов. Бедность одного человека вызвана богатством другого. Если мы даже приблизимся к достижению ДТООН, это будет лишь временно мерой, учитывая индивидуалистические цели капитализма, связанные с жадностью, накоплением и захватом материальных ресурсов, которые ведут мир в противоположном направлении. Буддийский подход к ДТООН обязательно предполагает фундаментальное сомнение в капитализме и союз с марксизмом.

Эта статья является диалогом между коммунизмом и буддизмом по одному их общему аспекту: необходимостью гуманного общества, в котором все вещи являются общими (хотя за рамками этой статьи марксистская экономическая теория и тонкости буддийской философии имеют много различий, которые только увеличивают идеологический конфликт, вместо того, чтобы способствовать совместной работе на общее благо). Для достижения этой цели, в статье основное внимание уделяется Дзен — буддийской традиции, которая отдает предпочтение осознанности, правильному образу жизни (но не религии, которая может быть пренебрегаема коммунистами) и способу взаимодействия (который может быть принят коммунистами, подчеркивающими товарищество и солидарность между людьми и понимание того, что все люди взаимосвязаны).

Действительно, взаимодействие распространяется на все виды живых существ, вовлекая в себя всех их за пределами человечества. Сосредоточение внимания на дзэн не только позволяет избежать доктринальных споров с марксизмом, но поможет для объединения буддизма с коммунизмом, взаимопроникновение ведет к объединению этих двух учений. Буддийское осознание взаимосвязанности с окружающими людьми ведет к осознанию их страданий и стремлению их облегчить. Коммунистические общества стремятся развивать потенциал человека, распределять ресурсы на благо всех и гарантировать доход, медицинское обслуживание и образование, тем самым уменьшая незащищенность человека в обществе (Slott, 2011).
Буддизм в этом вопросе тесно связан с коммунизмом. Буддизм, в следствии отсутствия «я»(сущности), ведёт к уменьшению желания обладания материальным; таким образом, буддизм выступает против капитализма и привилегированной частной собственности, вместо этого защищая социализм, потому что тот обеспечивает лучший способ преодоления экономических трудностей, рабства и обретение Свободы (Puligandla and Puhakka, 1970).

Таким образом, Тит Нат Хан (2007, с. 175) заявил: «…в деревне Сливовых деревьев мы живем просто. Монахи, монахини и миряне — живут вместе подобно большой семье. Ни у кого нет личного автомобиля. Ни у кого нет частного банковского счета. Ни у кого нет личного телефона. На самом деле, мы настоящие коммунисты…» Точно так же Далай-Лама (1996, с. 38) заявил: «Я все еще считаю себя наполовину марксистом, наполовину буддистом» и так же: «Марксизм учит о равном и справедливом распределении богатства. Я бы очень этого хотел.» (Далай-Лама, 1999). Ещё существует утверждение, что Сангха Будды была «Первой в мире коммунистической социальной группировкой» (Гунасекара, недатированная) и что ранние монашеские правила (гораздо более строгие, чем те, которые можно найти в коммунистической России” (Амбедкар, Родригес, 2002, с. 179).

Синтез марксизма и буддизма может влиять как на внешние, так и на внутренние факторы, вызывающие человеческие страдания; буддизму необходимо уделять больше внимания «внешним факторам, порождающим страдания», в то время как марксизму необходимо развивать «понимание внутренних факторов, порождающих человеческие страдания» (Brien, 2002, p.96). Буддизм и марксизм взаимно дополняют друг друга, так как «…главной заботой и буддизма, и гуманистического-марксизма действительно являются человеческие страдания» (Брайен, 2004, с. 37). В настоящем документе рассматривается вопрос о том, как коммунизм и буддизм могут сообща работать над их уменьшением путем обеспечения устойчивого развития и социальных изменений в поддержку Целей развития ООН.

 

ВСТУПЛЕНИЕ


В буддизме высказывается сильное почтение Бодхисаттве, чья роль в первую очередь — стремится облегчить страдания других и не достигать нирваны, пока эта цель не будет достигнута. Она основана на идее того, что не существует независимого от других «я», в котором прекращается поиск индивидуального просветления и фокус перемещается на помощь другим (Shen-yen, in Brazier 2002). Эта цель — уже не личное освобождение от страданий, а “Нирвана для общества” (Далай-Лама, в жаровне, 2002, с. 97).

В мирском буддизме уровень аналитики расширяется, расширяя вину за страдания с индивидуальной психологической привязанности на коллективную социальную жадность и эксплуатацию. Соответственно, три традиционных для буддизма яда жадности, гнева и невежества применимы не только к отдельным людям, но и к крупным социальным и экономическим силам (Kraft 2000). Внутреннее и внешнее освобождение — это одновременные и взаимосвязанные процессы и пробуждение начинается с практического понимания Четырех Благородных Истин внутри сообщества человека (Ariyaratne, 1982):
1. Конкретное понимание страданий с точки зрения нищеты и угнетения.
2. Страдание вызвано жадностью, соперничеством и эгоизмом.
3. Есть надежда, что это страдание может прекратиться.
4. Страдание решается путем решения этих проблем в рамках
сообществ
а.


Поскольку классовые конфликты и эксплуатация бедных причиняют страдания, освобождение
от них рассматривается с точки зрения необходимых материальных условий и социальных отношений (Ambedkar, 1984). В то время как дуализм порождает цепляние, жадность и классовые различия, цель буддизма смещается от личного Просветления к социальной реформе и, чтобы разрешить классовую борьбу, освободить обездоленные и лишенные имущества классы, используя методы, исключающие насилие (Lin, 1929).

Капитализм делает упор на конкурентное «я» и поэтому несоизмерим с «отсутствием сущности» в буддизме, чье понятие взаимозависимости больше соответствует социализму (Bhikkhu Buddhadāsa, 1986)). Буддизм противостоит капитализму с его понятиями собственности и накоплению как самоцели, потому что они не способствуют свободе, но усиливают и утверждают в уме неведение, которое буддизм пытается устранить (Puligandla & Puhakka, 1970).

Эта статья ведет диалог между коммунизмом и буддизмом по одному наиболее важному общему аспекту — необходимости гуманного общества, в котором все вещи являются общими. За рамками статьи находятся как марксистская экономическая теория, так и тонкости буддийской философии, сравнение которых могло бы высветить многие различия, что только усилило бы идеологический конфликт, а не способствовало их сотрудничеству на общее благо. Для достижения этой цели в статье отдается предпочтение Дзен-буддийской традиции, основывающейся на осознанности, образе жизни и поведении (а не на религии, которая может быть пренебрегаема коммунистами) и способу взаимодействия, который может быть принят коммунистами (подчеркивающими важность товарищества и солидарности между людьми и понимания того, что все они взаимосвязаны.) Действительно, межвидовое взаимодействие распространяется на все виды живых существ, распространяя это товарищество за пределы человечества. Сосредоточение внимания на Дзэн не только позволяет избежать доктринальных споров с марксизмом, но и служит сближению буддизма с коммунизмом; это взаимопроникновение ведет к тому, к все большему пониманию единства их аспектов.

 

БУДДИЗМ НА РАСПУТЬЕ: КАПИТАЛИЗМ ИЛИ КОММУНИЗМ?


Буддизм находится на перепутье, стоя перед жестким выбором между объединением с капитализмом или коммунизмом; это две противоположные идеологии, и совершенно невозможно следовать обоим. В настоящее время «западный капитализм ищет вдохновение в Восточном мистицизме», включающем в себя буддизм, и «…иногда кажется, что именно буддийская этика поддерживает капитализм… буддисты подчеркивают важность «осознанности» – намеренном перерыве суеты повседневной деятельности, взятом для того что-бы расслабиться и медитировать » (Шумпетер, 2013). Так осознанность становится частью движения самоисцеления и частью болезни, которую она же и призвана вылечить. Она начинает рассматривается, как источник конкурентного преимущества, средство для прогресса в жизни, тем самым теряя свой истинный смысл. “Какое отношение имеет парад в дорогих нарядах желтого цвета к буддийской этике непривязанности к материальным благам? И какое отношение имеет созерцание точки к древнему искусству медитации? Западный капитализм, похоже, делает гораздо больше для изменения восточной религии, чем восточная религия делает для изменения западного капитализма» (Шумпетер, 2013). Буддизм становится лекарством от стресса, вызванного капитализмом, функционируя как его идеологическое дополнение, распространяя «опиум для народа»; медитативная позиция «западного буддиста», возможно, является наиболее эффективным способом для нас полностью участвовать в капиталистической динамике при сохранении внешнего вида психического здоровья (Жижек, 2001).

 

НЕОБХОДИМОСТЬ ПОЛОЖИТЬ КОНЕЦ КОНФЛИКТУ МЕЖДУ БУДДИЗМОМ И КОММУНИЗМОМ


Необходимо положить конец ненужному и катастрофическому конфликту между буддизмом и коммунизмом. Если представить, что
эти два учения находятся в оппозиции, то они будут только продолжать разрушать друг друга. Мы могли бы сравнить это с тем, как христианские церкви помогли свергнуть коммунизм в СССР, который подтолкнул китайскую Коммунистическую партию в большую вовлеченность в религиозные дела, потому что она больше не могла позволить себе игнорировать религию при формулировании государственной политики; «Партия переосмыслила свои цели от осуществления революции к созданию устойчивого и сбалансированного развития. В результате чего «социалистическая теория религии», подчеркивающая взаимную адаптацию религии и социализма, стала частью Теоретической структуры партии. Работая с большим количеством религиозных масс в обществе, партия способствует развитию религии как агента социальной гармонии.» Таким образом, Жижек (2011) отмечает, что китайское правительство терпит, поддерживает и регулирует религиозные практики в интересах социальной гармонии и стабильности; чтобы обуздать социальный распад, вызванный капитализмом, Китай теперь чествует буддизм, который ранее был разрушен культурной революцией; «в апреле 2006 года Е Сяовэнь, главный религиозный чиновник Китая, сказал агентству Синьхуа, что «религия является одним из важных влияний, из которых Китай черпает силу». Он выделяет буддизм за его «уникальную роль в содействии гармоничному обществу», официальную формулу объединения экономического развития с социальным развитием и заботой о людях; на этой же неделе в Китае состоялся Всемирный буддийский форум» (Жижек, 2011, с. 712).

 

ПОЗИЦИЯ БУДДИЙСКИХ ЛИДЕРОВ ПО МАРКСИЗМУ / КОММУНИЗМУ

Некоторые буддийские лидеры призвали своих последователей (хоть и не целиком) к осуществлению марксизма / коммунизма, как в теории, так и на практике.

Например, Тит Нат Хан (2007, с. 175) размышлял о том, как «…в деревне Слив мы живем просто. Монахи, монахини и миряне существуют вместе, как одна большая семья. Ни у кого нет личного автомобиля. Ни у кого нет частного банковского счета. Ни у кого нет личного телефона. На самом деле, мы настоящие коммунисты. Точно так же Далай-Лама (1996, с. 38) заявил: «Я все еще считаю себя наполовину марксистом, наполовину буддистом», утверждая, что марксизм основан на морали (равного распределения богатства и справедливого использования средств производства), в то время как капитализм заботится лишь о прибыли. Впоследствии он снова заявил, что » марксизм говорит о равном и справедливом распределении богатства. Я выступаю за это» (Далай-Лама, 1999). Фактически, эта позиция основана на самых ранних буддийских практиках. Утверждалось даже, что Сангха Будды была «первой в мире коммунистической социальной группировкой” (Гунасекара, недатированная) и что ранние монашеские правила «куда более строги, чем те, которые можно найти в коммунистической в России” (Амбедкар, Родригес, 2002, с. 179).

 

ТОЧКИ СОПРИКОСНОВЕНИЯ БУДДИЗМА И МАРКСИЗМА


Маркс критиковал религию как выдумку, заблуждение и отвлекающ
ую людей идею. Маркс далек от того, чтобы критиковать буддизм (который не является религией), его критика соответствует представлению Будды о ложных взглядах. Марксистское описание религии как опиума не может относиться к Дхамме, которая по своей сути лишь анализирует реальность. Кроме того, как марксистская критика религии, так и ее атеизм соизмеримы с буддизмом (Гунасекара, недатированный).

На самом деле существует несколько точек соприкосновения между буддизмом и марксизмом. Как уже было сказано, ангажированный буддизм все больше и больше подчеркивает, как учения Будды переходят в социальную трансформацию общества и сознания человека. Точно так же и марксизм начинает с проблем человеческих страданий. Шилдс (2013, с. 476) утверждает, что «Маркс был прежде всего обеспокоен отчуждением и дегуманизацией как фундаментальными проблемами человеческого существования», указывая, что «обе традиции в конечном счете стремятся к разрешению экзистенциальной детерминации в ответ на отчуждение между людьми» (Шилдс, 2013, с. 462). Обе философии основаны на вопросе о том, как нам признать глубину человеческого страдания и предложить освобождение от него; оба критически анализируют существование и стремятся к его радикальным изменениям; оба стремятся трансформировать сознание, прекращая отчуждение и эгоистичный индивидуализм; оба признают, что лишь идей недостаточно для прекращения отчуждения и страдания, для этого также необходима практика; и оба подчеркивают причинность — необходимо устранить причины страдания (Shields, 2013).
Другие авторы согласны с вышеизложенным. Например, Слотт (2011) утверждает, что обе философии меняют
устоявшуюся систему привилегий, разделяют гуманистические цели облегчения страданий и отвергают потусторонние идеи и дуализм. Кроме того, Тит Нат Хан (1998, с. 40) отметил, что «Будда дал шесть Направлений: шесть принципов общественной жизни», одним из которых является «совместное использование материальных ресурсов.»

 

НЕТ ИМУЩЕСТВА


В буддизме нет независимого
от других «я». Страдание возникает когда в уме начинается создание точки зрения о существовании «я», независимого от объектов, что приводит к отчуждению от них, и ошибочным попыткам избавления от этого отчуждения через цепляние за них, чтобы поддержать это чувство «я». Самость страдает от чувства отделенности и отчужденности от окружающих и объектов: пропасть, которую и эксплуатирует капиталистическое потребительство. «Я» привязывается к тому, что кажется ему надежным, и отворачивается от того, что оно воспринимает как угрозу. Этот дуализм разрешается двумя взаимосвязанными путями: не цепляние за материальные вещи, которые воспринимаются вне «я», и через медитацию, которая постепенно стирает различие между «я» и «не-я».

В буддизме следствием отсутствия «я» является отсутствие обладания; «обладание» и «владение» предполагают нечто или кого-то, кто обладает и владеет, но в действительности, поскольку нет «я«, которое обладает, просто не может быть никакого обладания » (Puligandla and Puhakka, 1970, p.346). Буддизм противостоит капитализму: привилегию накопления собственности он рассматривает как неведение, а собирание вещей и привязывание себя к ним называет потерей свободы.


Жизнь в капиталистическом обществе требует удовлетворения основных потребностей через приобретение товаров для выживания. Кроме того, жизнь в конкурентной экономике требует постоянного приобретения товаров для выживания и безопасности, поскольку конкуренция становится силой для борьбы. Однако буддизм рассматривает конкуренцию как несвободу. Давая свободу экономической системе, человек становится ее рабом. Марксизм и буддизм сходятся во мнении, что человек не рождается свободным и не может достичь свободы в капиталистическом обществе. Буддизм признает, что экономические трудности разрушают свободу, и рекомендует устранить экономические потребности, чтобы сделать свободу возможной. Он выступает за социализм, потому что он может преодолеть экономическую зависимость и тем самым обеспечить
людям свободу. (Пулигандла и Пухакка, 1970). Напротив, «права на частную собственность приносят власть одному классу и горе другому» (Амбедкар, in Rodrigues, 2002, p.174).

Буддизм может многому научиться у марксизма; в то время как голодные желудки, материальные лишения и бедность могут препятствовать духовной самореализации людей на одной стороне, то потребительство, занятость и идеология жадности, конкуренции и эгоизма могут препятствовать этому на другой. (marxistbuddhism.blogspot.co.uk, 2012).

Насколько легче был бы духовный путь, если бы не было нужды в обладании материальным, если бы не было необходимости копить имущество ради безопасности самого себя или близких? Если бы мы все могли жить как монахи в том смысле, что наши основные материальные потребности будут удовлетворены обществом, в котором мы живем (marxistbuddhism.blogspot.co.uk, 2012)?

Буддизм призывает людей пробудиться к знанию своей изначальной природы в разгар повседневной деятельности и помогать неимущим и обездоленным классам (Li, 1991). Небеса не в небе, ад не под землей: если бы мы могли существовать без страданий, земля стала бы раем, но если распределение ресурсов становиться несправедливым, тогда появляется ад. Таким образом, необходимо требовать от каждого в соответствии с его способностями и давать ему в соответствии с его потребностями, без эгоистических намерений, чтобы каждый человек стремился производить совместно с другими (Li, 1991).

 

ИНТЕР-ЖИЗНЬ


Как отмечалось выше, жадность возникает потому, что люди не имеют никакого представления о недвойственности. Кроме того, сконструированное искусственное отдельное «я» строит из этого невежеств
о, чтобы развивать ненависть, желания и разделение людей, порождая в обществе классовую борьбу (Lin, 1929). Однако жизнь в осознавании взаимосвязей с другими людьми развивает понимание того, что его носитель глубоко зависит от других окружающих его людей (Brien, 2002). С этим осознанием страдание других становится твоим собственным страданием. Это приводит к состраданию, заботе об облегчении страданий в обществе и взгляду, что свобода приходит только тогда, когда люди вокруг тебя так же освобождены (Brien, 2002).


Тит Нат Хан (1988) вводит термин Интер-жизнь, делая его основой своего Учения. Он выступает за то, чтобы медитировать и при помощи этого изменять себя, что приводит практика к самоотверженности и состраданию. Размывание границ хрупкого отдельного «я» уменьшает эгоизм. Отсутствие разделения между собой и окружающими приводит к пониманию и состраданию. Человек переживает из-за страданий других и поэтому стремится их облегчить. С состраданием мы можем осознавать все живое одновременно и видеть себя в каждом существе. Подобное понимание приводит к нашему осознаванию их страданий и побуждает их облегчить.

Тит Нат Хан (2006, PP. 81-82) объясняет так: «Сеть Индры — это огромная космическая паутина с драгоценными камнями везде, где пересекаются ее нити. В ней миллионы драгоценных камней и каждый из них многогранен. Когда вы смотрите на любую грань любого камня, вы можете увидеть все другие драгоценности, отраженные в нем… одно присутствует во всем, и все присутствует в одном. Этот замечательный образ был использован в буддизме для иллюстрации принципа взаимозависимости и взаимопроникновения.»

 

БУДДИЙСКО-КОММУНИСТИЧЕСКИЙ СИНТЕЗ

Коммунистические общества стремятся полностью развить человеческий потенциал, распределять ресурсы на благо всех и гарантировать доход, медицинское обслуживание и образование, тем самым уменьшая незащищенность (Slott, 2011). Марксистское общество уменьшает в людях неуверенность и конкуренцию. Однако некоторые аспекты жизни все равно будут вызывать страдания. В этот момент марксизм достигнет своего предела.

Далай-Лама (1996) жалуется, что недостатком марксистских режимов является их упор на классовую борьбу, вплоть до уничтожения правящего класса, поощрения ненависти и пренебрежения состраданием. Как ни странно, хотя их первоначальная цель служит удовлетворению большинства людей, их энергия отклоняется в разрушительную деятельность во время реализации этой цели. Как только правящий класс будет уничтожен, мало что останется, чтобы помогать людям: страна обнищала и зачастую это почти сходно с тем, как если бы бедность была их первоначальной целью. Это происходит из-за отсутствия солидарности и сострадания, которые не сочетаются с настойчивой ненавистью. Он утверждает, что мы придаем слишком большое значение политическим действиям, которые отдают предпочтение внешним аспектам благополучия людей. Активисты считают, что недоброжелательность вызвана самой системой, но не понимают, что эти факторы действуют внутри нас. Они сосредотачиваются на социальной инженерии и радикальной перестройке общества, предполагая, что личная добродетель придет сама и потом. Вместо этого он отстаивает противоположную буддийскую точку зрения — что радикальная трансформация общества требует личного изменения самого человека, происходящего в первую очередь, или как минимум одновременно. Социальные изменения требуют внутренних изменений, изменений в том что бы стать менее эгоистичным (Далай-Лама, 1996).

По мере достижения этой трансформации мы развиваем и моральную ответственность (sulak-sivaraksa.org) в то время как социальные силы, такие как потребление, подчеркивают тягу и неудовлетворенность, препятствуя нашему развитию, религиозность предполагает работу над социальной справедливостью и изменениями; «Религия находится в центре социальных изменений, а социальные изменения являются сутью религии» (sulak-sivaraksa.org).

Необходимо признать, что индивидуальная трансформация является предпосылкой социальной трансформации. А так же в равной степени важно понимать, что личность формируется и обуславливается социальными общественными структурами. В предписании буддизма о счастье отсутствует понимание социальных условий, которые вызывают страдание, в то время как марксизм упускает из виду более тонкие аспекты страдания (Slott, 2011).

Синтез марксизма и буддизма необходим для устранения как внешних, так и внутренних причин страдания (Brien, (2002). Главной заботой обеих философий является растворение страдания. Буддизм связан с внутренними, а марксизм с внешними факторами, его порождающими, в этом смысле они взаимно дополняют друг друга (Brien, 2004).

«Между марксистской критикой, которая освобождает человека от его первых цепей, и буддийской критикой, которая завершает это освобождение, нет ни оппозиции, ни противоречия. Марксизм и Буддизм — это похожая деятельность, но на разных уровнях» (Леви-Стросс, 1961, С. 395–96).

В своей книге «Дзен-марксизм» Шекли (2001) утверждает, что Дзен и марксизм — это оба пути к освобождению, каждый из которых разрешает различные препятствия для его реализации. Буддизм учит, что страдание вызвано привязанностью, которая может быть разрешена нравственностью и медитацией. Марксизм учит, что социальные беды вызваны экономической эксплуатацией, которая может быть разрешена социалистической революцией. Таким образом, освобождение является одновременно психологическим и экономическим, внутренним и внешним, так что медитация и построение революционной партии рекомендуются и должны практиковаться одновременно. В этих аспектах нет никакого противоречия между медитацией и политической деятельностью.

Бхиккху Буддадаса (1986) выступал за Дхаммический социализм — естественное состояние, в котором все существует в рамках одной системы. Источник Дхаммического социализма находится в самом корне существования, который сам по себе имеет социалистическую природу. Ничто не может существовать само по себе, все взаимозависимо. Растения и животные потребляют только то, что им нужно, не накапливая лишнего. В каждом человеке есть социалистическое намерение, состоящее из взаимосвязанных и неразделимых функционирующих частей, и дух социализма существует во всех сферах бытия, учитывая, что в нем постоянно присутствует необходимость жить вместе. Люди не обращали внимания на природу, когда начали накапливать и конкурировать. Вот почему необходимо, чтобы общество вернулось к естественному социализму, присваивая себе только то, что нужно, и делясь своим избытком с другими для удовлетворения их потребностей.

Бхиккху Буддадаса (1986) преподносит Сангху (за исключением коррумпированного духовенства) как идеальную социалистическую общину, которая использует только то, что ей нужно, не хранящую и не накапливающую излишков. (Точно так же Амбедкар отметил, что Бхикку может иметь частную собственность только в восьми случаях и не более того: 3 одеяния, пояс, чаша для милостыни, бритва, игла и фильтр для воды; «эти правила…гораздо более строгие, чем можно найти в коммунистической России», ambedkar.org).

Однако существует несколько проблем, которые могут стать препятствием для Дхаммического социализма бхиккху Буддадасы (1986). Он основывается на добровольной личной бережливости в сочетании с щедростью к другим, тогда как социализм изначально включает в себя работу и перераспределение богатства на государственном уровне. Дхаммический социализм бхиккху Буддадасы (1986) был основан на том, как он воспринимал баланс и гармонию самой природы этого мира, что само по себе имеет значение для заботы об окружающей среде (а не только для социальной помощи). Он утверждает, что если бы мы использовали природные ресурсы в соответствии с тем, что дает нам сама природа, нам не потребовалось их так много как мы используем сейчас и поэтому их бы хватило на всех, а сам ресурс мог бы восполняться бесконечно. Однако мы слишком активно растрачиваем земные богатства, действуя вопреки Дхамме. Если бы мы использовали их правильно, в соответствии с природой, их всегда было бы много» (бхиккху Буддадаса в Пунтаригвивате, 2003).

 

МАНИФЕСТ ДЛЯ МОНАСТЫРЕЙ

1. Каковыми будут последствия Буддийско-коммунистического синтеза для монастырей?

В контексте вовлеченного в социальную среду буддизма и марксистских принципов равенства, отрешенности от материального и дегуманизации, человечеству следует пересмотреть роль монастырей и то, как их привилегированный статус отбрасывает в тень роль мирян. Должны ли будут монастыри исчезнуть (как в Реформации Христианской Церкви в Англии) или они могут быть иным образом реформированы и переориентированы вокруг нового Буддизма? Дуалистическое различие между мирянами и монахами должно быть остановлено: монахи должны работать и стать активной частью общества, в то время как миряне должны более глубоко вовлечены в духовность как медитирующие. Монастырь должен стать общественным центром медитативной практики и социальной и экологической деятельности.

2. Монахи больше не должны быть оберегаемым классом, получающим излишки ресурсов (фактически как капиталисты), который лишь поощряет зависимость, лень, жадность и коррупцию, финансируется бедными семьями мирян. Ресурсы мирской общины принадлежат им и должны оставаться у них. Монахи должны зарабатывать себе на жизнь, как это делали рабочие священники французской католической церкви (*переводчик считает что работой монахов являются активная медитация и по достижении в ней успехов активное преподавание ее основ), чтобы они могли понимать проблемы рабочих людей и отождествлять себя с ними. Такая самодостаточность может служить моделью для мирского сообщества, того, как жить и работать осознанно, развивая в обществе устойчивую практику медитации, не отделенную от мира и приносящую ему ощутимую пользу. Это освободит бедных мирян, уже обремененных работой и обремененных поддержкой своих семей, от дополнительного бремени поддержки монашеской общины.

3. Учитывая марксистскую приверженность равенству и буддийский принцип недвойственности, необходимо положить конец дискриминации. Монастырь должен стать демократическим коллективным сообществом, которое стирает барьеры между медитацией и действием, монашествующими и мирянами, старшими и младшими, мужчинами и женщинами, буддистами и небуддистами, азиатами и кавказцами (и другими расами), между буддистами и коммунистами, признавая их общие цели и задачи жить вместе в любящем, заботливом и равноправном обществе (по принципам общих интересов и социализма). Мы должны идти вперед к этим целям, не опасаясь отлучения от церкви, потому что в жизни имеет значение утверждение живой общины, а не родословная мертвых монахов (большинство из которых предшествовали коммунистической революции и живших до современных социальных и экологических проблем).

 

МАНИФЕСТ ДЛЯ МАСС

Каковы будут последствия буддийско-коммунистического синтеза для человечества?

1.Миряне должны иметь возможность придерживаться обетов сходных с монашескими, жить монашеской жизнью (без имущества, хотя и не поддерживая целибат), оставаясь мирянами. Содержа свою жизнь в обычном ключе, они должны быть открыты к возможности для обретения Освобождения, которое не должно быть лишь привилегией монахов, но должно быть полностью доступно всем. Миряне могут быть и если хотят должны быть освобождены от забот (через предоставление качественного государственного образования, жилья, социального обеспечения и медицинских услуг, бесплатных и своевременно доступных, как в Национальной службе здравоохранения в Великобритании). (Переориентация на государственное обеспечение предполагает ликвидацию всех конкурентоспособных частных услуг). Это уменьшит личные страдания, освободит людей от беспокойства за себя и свои семьи, увеличит заботу о других, одновременно уменьшая их страдания и увеличит общее счастье человечества. Свобода от забот освободит человека от сосредоточения на себе и позволит ему переключить свое внимание на потребности других. Освобождение от личной тревоги поможет развитию практики медитации, в то время как свобода от бедности поможет жить нравственной жизнью (отсекая необходимость преступности). Четкая жизнь выстроенная в соответствии с этими идеями станет маяком для небуддистов. Таким образом, коммунизм приведет человечество к Буддизму.

2. Философия взаимопроникновения Тит Нат Хана требует, чтобы мы развивали коллективизм и обходились без индивидуализма, оставляя в стороне капиталистическое «я», которое разрушает права и свободы других людей, других видов живых существ и нашу единственную общую среду обитания, планету Земля. Таким образом, Буддизм приведет человечество к Коммунизму.

3. Коммунизм должен направлять буддийскую практику. В частности, критерием выбора медитативных практик должен быть вопрос: какие из них вдохновляют социализм?… (тут отрывок вырезан поскольку переводчик не согласен с точкой зрения автора)… Ключевым критерием успеха для оценки медитации является вопрос: насколько она уменьшила общее человеческое страдания? … (тут отрывок вырезан поскольку переводчик не согласен с точкой зрения автора)…

Буддизм должен направлять Коммунистическую деятельность. Например, медитация осознанности будет абсолютно необходима, чтобы сохранять спокойствие, когда происходит ненасильственная борьба в классовых войнах, которая продолжает бушевать по всему миру. Медитация может дать понимание причин структуры классового насилия и дать решений подходящие для его прекращения. Буддизм может помочь коммунизму вести социальные изменения ненасильственно, при этом не смиряясь с насилием в обществе Таким образом, Буддизм приведет человечество к Коммунизму.

5.Чтобы не быть подавленными коммунистами, буддисты должны упорно стремиться к социальным изменениям и социальной справедливости, не цепляясь за свой старый статус религии и не позволяя буддизму быть опиумом для народа.

6.Чтобы не быть подорванными буддистами, коммунисты должны принять и работать с по существу социалистической природой буддизма и не отвергать его как религию (которой он не является). По существу совместимые философии, которые обе стремятся положить конец страданиям, должны работать вместе имея одну общую цель.

7. Четыре благородные истины следует относить и к социальному страданию, а не только к индивидуальному. Эти четыре социальные истины должны занимать центральное место в буддийском учении, чтобы каждый мог увидеть связь между общественной жадностью (капитализм, материализм, потребительство и товарный фетишизм) и страданием общества.

8. Буддизм должен быть сосредоточен на мирянах, с монахами, помогающими им (а не наоборот). Современный буддизм в этом аспекте уступает христианству, с его священниками и служителями, поддерживающими мирян, и с давней традицией развития социальных служб. В современном Учении буддийские миряне игнорируются, и что еще хуже, их роль интерпретируется как просто материальная поддержка монастырей. Без церкви, без монашеской поддержки, без служения, без сосредоточенных на мирянах проповедях, как они могут быть избавлены от страданий?

9. Необходимо создать условия для жизнеспособной мирской жизни, которая обеспечивает дисциплину и структуру развития, которых, как часто говорят монахи, они не могли найти будучи мирянами (и поэтому решили оставить мирскую жизнь).

10. Буддисты не должны сотрудничать с капитализмом, и ясно дать понять, что это не вариант общественной жизни, поскольку он несовместим с Буддизмом. Буддисты должны остановить растущий Дхаммический капитализм в его зарождающейся основе (например, продажа буддийских практик и использование буддизма для оправдания и поддержки капитализма). Им необходимо приложить все усилия для синтеза двух похожих философий — Буддизма и Коммунизма.

11. Буддисты миряне должны найти жизнеспособный способ существовать как коммунистическое общество. Некоторые коммунистические системы потерпели неудачу, но социализм имеет много жизнеспособных моделей для исследования. Семья является основным примером того как делиться богатством. Куба является маяком для коммунизма. Национальная служба здравоохранения Великобритании является прекрасным примером этого принципа: от каждого в соответствии с их способностями, каждому в соответствии с их потребностями. Наконец, сообщество Ашоки является примером совместного использования общественных ресурсов (хотя оно не отождествляется с коммунизмом и подвергается критике). В следующем разделе рассматривается пример короля Ашоки.

12. В этом мире миряне зачастую лучше умеют соотносить медитацию с социальной и экологической активностью. Поэтому они больше не должны просто зависеть от монахов, чтобы практиковать Буддизм. Вместо этого им следует принять в нем равную обучающую роль.

 

АШОКА: ПРИМЕР БУДДИЙСКОГО КОММУНИЗМА

Самана Бходхирак основал свое сообщество Боонийом на принципах бескорыстия, простоты, самопожертвования, самодостаточности и тяжелого труда, в противовес ценностям материализма и потребительства. Его члены живут сообща, работая и производя продукты питания, создают продуктовые и травяные магазины с целью оказания помощи потребителям, а не для получения прибыли (Ekachai, 2001). Его последователи едят один раз в день (только вегетарианскую пищу), отказываются от использования денег, не просят пожертвований и обязуются не эксплуатировать людей в целях прибыли и жертвовать собой в служении другим (asoke.info). Это движение предлагает альтернативное антипотребительское сообщество, привлекая в него тех, кто разочаровался в материализме, предлагая им сплоченное сообщество и простой, скромный образ жизни без роскоши (bunniyom.com) В нем так же придается большое значение стабильности, поскольку сельские общины Ашоки основывались на органическом сельском хозяйстве и продукции, которая продается населению в кооперативных магазинах за небольшую прибыль. Доход инвестируется в стоматологические клиники и бесплатные школы, а также на отправление ее членов в качественные больницы. (bunniyom.com).

Вдохновленная концепцией правильного образа жизни, Группа Ашока превращает бесплодные земли в пышные сады. Они критикуют «ориентированное на экспорт и на денежные культуры монокультурное хозяйство, обедняющее как крестьян, так и почву ; крестьяне по уши в долгах перед ростовщиками и землевладельцами, рекомендовавшими использовать дорогие иностранные удобрения, пестициды и инсектициды. Эти удобрения затем попадают в реки и рисовые поля, убивая все живое в этих водах. В некоторых районах даже грунтовые воды были загрязнены» (bunniyom.com) Поэтому они выступают за натуральные удобрения. Группа Ашока критикуют «современную одноразовую культуру нездоровой пищи», которая накапливает мусор, вместо этого стараются минимизировать расточительное потребление и повторно используют почти каждый кусок бумаги или пластика. Они рециркулируют отбросы путем повторного использования, перепродажи, переупаковки, перевоспроизведения, или компостирования в удобрения. Многие миряне-Ашоки стараются есть только один или два раза в день. Как правило, их частные дома не оснащены кондиционерами, с целью жизни в простоте. Сообщество Ашоки предпочитает не импортировать товары из-за акцента на скромность, бережливость и не принятия роскоши (bunniyom.com).

Ашоки создали bunniyom или «меритизм» как альтернативную экономическую систему капитализму, который они критикуют за наличие неправильных критериев для измерения успеха: богатство, положение, слава и удовольствие. В то время как капиталисты хотят лучших домов, большего количества одежды и денег, эти последователи довольствуются маленькими домами, небольшими сбережениями, простотой и скромностью. Руководящими принципами экономики здесь являются продажа с низкой прибылью, замену вещей на равную по стоимости или более низкой цене и пожертвования. Частная собственность не поощряется, вместо этого многие ресурсы принадлежат коллективу. Деньги объединяются в центральном офисе, из которого может осуществляться заимствование. Ашоки имеют свою собственную частную группу сбережений, подобную кредитным союзам. Во многих центрах имеются библиотеки, медицинские центры и стоматологические клиники. Ашоки рассматривают свое сообщество как модель для создания сильного социума. Они считают, что свобода от эгоизма, материализма и жадности ведет к мирному обществу (bunniyom.com).

Ашоки являются антипотребителями в том смысле, что потребление необходимо лишь для благополучия, поэтому благосостояние должно быть максимизировано, а потребление минимизировано. Поэтому это общество отказывается следовать моде, которая выходит за рамки основной потребности в одежде. Многие миряне носят свою одежду пока ее ткань не изнашивается,  использует лишь несколько ее комплектов, ходит босиком и отрицает украшения.

Деревни Ашоки являются самодостаточными в отношении продовольствия и нескольких предметов домашнего обихода, в то же время коллективно владеют дорогими вещами, объединяя свои деньги через фонды для новых инвестиций. Ашоки выступают против правительственных акцентов на экспорте товарных культур, экологически неустойчивом туризме и глобализации, которые, по их мнению, противоречат идеям самодостаточных сельских общин (bunniyom.com).

Согласно Heikkilä-Horn (1997), ключевые ценности Aшоки включают чистоту природы, естественность, скромность, преданность и щедрость, концентрацию, единство, милосердие, любящую доброту и сострадание; в то время как ценности, которым они противостоят являются роскошь, расточительство и лень. Метта должна распространяться на всех живущих и должна проявляться так же через вегетарианство. Группа Ашоки занимается сельским хозяйством, производит натуральную пищу, одежду, столовые приборы и строительные материалы. Их скромность выражается в том, чтобы мало есть, носить простую одежду, ходить босиком и жить в скромных домах. Скромность противопоставляется роскоши, которая воспринимается как излишняя, расточительная, и противоположная учению Будды о четырех основных потребностях: одежде, крове, пище и лекарствах.

Их преданность — усилия для развития общества, выполнения работы и помощь группе Ашоки. Каждый здесь посвящает свою работу и энергию этой группе. Учителя и другие работники (в вегетарианских ресторанах, магазинах, офисах, кухнях, садах, фабриках и мастерских) работают бесплатно. Миряне посещают центр Ашоки после работы, чтобы посвятить несколько часов работе там бесплатно. Для членов Ашоки, работа — это медитация. Каждое мгновение должно быть медитацией через концентрацию, осознанность и осознание всего в мире (Heikkilä-Horn, 1997).

 

 

ВЫВОДЫ

Мы не можем искоренить крайнюю нищету и голод без более справедливого распределения мировых ресурсов. Невозможно обеспечить всеобщее начальное образование без социального государственного финансирования (в противном случае кто будет обучать и платить учителям, строить школы и давать возможность бедным детям посещать школу?). Те же аргументы верны в отношении обеспечения всеобщего медицинского обслуживания, улучшения охраны материнства, сокращения детской смертности и борьбы с ВИЧ/СПИДом, малярией и другими заболеваниями. Поощрение гендерного равноправия и расширение возможностей для женщин вновь предполагает перераспределение образования, богатства и власти таким образом, чтобы они действительно были общими.  Глобальное партнерство в целях развития останется нереализованной мечтой без международной солидарности бедных и борьбы с глобализирующимся капитализмом, опирающимся на международную конкуренцию — самая тяжелая работа в сочетании с низкой оплатой труда и плохими условиями занятости. Мы не сможем обеспечить экологическую устойчивость, если не признаем, что планетарные и людские ресурсы эксплуатируются в личных интересах. Цели в области развития, сформулированные в Декларации тысячелетия (ДТООН), останутся лишь риторикой без экспроприации и перераспределения ресурсов. Бедность одного человека вызвана богатством другого. Если мы даже приблизимся к достижению ДТООН, это будет лишь временно мерой, учитывая индивидуалистические цели капитализма, связанные с жадностью, накоплением и захватом материальных ресурсов, которые ведут мир в противоположном направлении. Буддийский подход к ДТООН обязательно предполагает фундаментальное сомнение в капитализме и союз с марксизмом. Маркс и Будда — братья!